Логика подсказывала: раз пираты понимают, что деваться нам некуда, стрелять по «Еве» чем-то убойным они не станут — «зачем зря портить добыче шкуру», как выразилась даза Мняйя. Поэтому двигатели мы не заглушили и в дрейф не легли — наоборот, Брин до последнего хаотично маневрировала, всячески оттягивая миг принудительной стыковки. В конце концов, жить нам явно оставалось всего ничего, и каждая лишняя сотня ударов сердца — лакомый бонус. Ну и дополнительный, пусть и крохотный, шанс на чудо — в которое, правда, особо верить не приходилось: слишком уж далеко мы находились от зоны контроля какой-нибудь хоть сколько-то серьезной звездной системы. Теоретически, поймав наш сигнал, успеть к нам смог бы разве что такой же заблудший мирный кораблик, как и мы сами — ну и что бы он сделал пиратам? Вот именно!..
Открывать по нам торпедный или артиллерийский огонь бандиты действительно не стали — лишь опутали энергетической сетью, наконец сблизившись. Ну а Брин выдала им напоследок чувствительную оплеуху: перестав было трепыхаться и дождавшись, пока пираты подведут к нашему люку абордажный мостик, внезапно подала на движки максимальную мощь — попутно спалив многострадальный правый верхний генератор — и от души приложила «Еву» к борту чужого звездолета, смяв соединивший их гибкий переходник и расплющив уже находившуюся внутри парочку самых нетерпеливых негодяев.
Таким образом, можно даже сказать, что по очкам мы в схватке повели. Другое дело, что врагов у нас было далеко не двое, а хорошо если не два десятка.
Впрочем, следующий раунд тоже, в целом, остался за нами. На этот раз отличилась Аран, все остальные лишь наблюдали за происходящим на экранах рубки. Пираты, и в самом деле облаченные в штурмовые скафандры (разноцветные — очевидно, чтобы проще было распознавать друг друга в суматохе ближнего боя), проникли в шлюз «Евы» — и, позволив тому сперва сработать штатно, неожиданно для негодяев бортмеханик, обойдя предохранители, резко захлопнула внутренние створки. Одного бандита ими и размочалило — несмотря на всю его пафосную иссиня-черную броню — а троих других — «зеленого», «синего» и «желтого» — отрезало от остальных, задержавшихся снаружи. До кучи шестисолнечница отключила на нижней палубе искусственную гравитацию, и прежде, чем атакующие приноровились к изменившимся условиям, их атаковали наши ремонтные дроны — все семь оставшихся в распоряжении цифровой копии, включая двух малышей, предназначенных для работы внутри узких трубопроводов. Эти-то крохи и показали себя лучше всех, протиснувшись в технологические отверстия в скафандрах врагов и затем успешно прогрызя себе путь дальше, к живой начинке.
Крики попавших под раздачу негодяев мы прекрасно слышали в эфире — Аран подключилась к их внутреннему каналу. Признаться, звучало это до дрожи жутко: тот, кто сказал, что, мол, предсмертные вопли врагов — лучшая музыка на свете, по ходу, был тем еще меломаном…
Итак, двое ступивших на нашу нижнюю палубу пиратов оказались просверлены насквозь, еще один — тот, что был в синем скафандре — растерзан сворой крупных дронов — но последних мы в результате потеряли всех, кроме одного — его потом шестисолнечница отвела на новый рубеж обороны, к трапу. Туда же отполз один из героических малышей — второй, к сожалению, наглухо застрял внутри поверженного противника.
Таким образом, мы остались почти без роботов, а пираты лишились еще четырех штурмовиков. В принципе, не худший размен!
Похоже, бандиты рассудили так же: прежде, чем возобновить атаку, они вышли с нами на связь. Ничего нового, впрочем, не предложили: наши жизни в обмен на отказ от сопротивления. Могли бы, вообще-то, и что-нибудь пооригинальнее придумать: не поверив им раньше, ожидаемо не купились мы на пустые посулы и теперь.
Хотя, возможно, со стороны пиратов эти переговоры были хитростью иного рода: пока их командир увещевал нас сдаться, его подчиненные по-тихому навели второй абордажный мостик, к грузовому люку. Неглупый ход: ослепленные энергетической сетью, этот маневр мы легко могли бы прозевать — если бы, конечно, не Аран. Цифровая копия почувствовала неладное, едва началась эта вторая стыковка — и повторила свой трюк со створкой шлюза. На сей раз, правда, и противник оказался начеку — намеченный шестисолнечницей в жертву штурмовик успел отпрянуть и отделался оторванной по локоть рукой. Снова крики, снова ругань — но я уже, кажется, начал к ним понемногу привыкать…
После очередной неудачи пираты опять взяли небольшую паузу, но затем уже принялись за дело всерьез: синхронно вынесли ворота обоих шлюзов взрывами, ворвались на «Еву» двумя группами, зажали наших последних роботов и с фронта, и с тыла — и уничтожили, потеряв при том всего одного бойца, да и то скорее всего — не убитым, а раненым. Обрушенный Аран трап на верхнюю палубу остановить наших врагов уже не мог — разве что немного задержать. Что ж, близилось время решающей схватки.
