Вскоре послышался шум пропеллеров и на поляну вблизи брода приземлился небольшой вертолет. Несколько санитаров вынесли из него большой контейнер, продолговатый, с поблескивающими закругленными боками. По размерам туда мог бы поместиться во весь рост даже крупный человек. Опустив свою ношу на траву и открыв тяжелую крышку контейнера, санитары осторожно подняли девушку с травы и положили ее внутрь. Надя по-прежнему была без сознания. Крышка закрывалась по частям. Последним опустили ту часть, что была над лицом девушки. Киру стало совсем не по себе - этот контейнер вызывал довольно мрачные ассоциации.
– А если она вдруг придет в себя? - спросил Кир.
– Не должна, - ответил один из санитаров. - Скоро контейнер наполнится, и тогда…
Но тут неожиданно из контейнера донесся какой-то шум, и все услышали, как в крышку изнутри колотят изо всех сил Надины кулачки.
– Ничего, сейчас мы откроем клапаны, и через минуту-две она успокоится…
– Что? - взревел Кир. - Вы что, с ума сошли? Две минуты!
Живо представив себе, что должна была почувствовать девушка, очнувшись в темном и тесном, как гроб, контейнере, Кир буквально схватил за шкирку стоявшего ближе санитара.
– Быстро открывай!
– Но… - попробовал возразить медработник, но, взглянув в глаза Кира, подчинился.
Верхняя часть крышки откинулась в сторону, и тут же пальцы Надежды вцепились в бортик.
– Я живая, живая, честное слово! Нельзя же так! Вы что?.. Это же… - затараторила она, пытаясь выкарабкаться в образовавшееся отверстие. По бледным щекам Надежды слезы лились в три ручья.
– Тихо, тихо, лисенок мой, все хорошо, - прошептал Кир, не давая Наде вылезти наружу. Он подложил руку под ее голову и заглянул в полные ужаса глаза.
– Вы что?.. Зачем? - прошептала Надежда.
– В нем тебя просто доставят в больницу.
Надя упрямо замотала головой. Еще чего! Где это видано - живого человека в гробу перевозить! И снова дернулась, пытаясь вытащить наружу плечи.
– Послушай, Надя, я все понимаю, но так надо. Ты мне веришь?
Девушка совершенно недоверчиво посмотрела на Кира, но прекратила дергаться. Так или иначе, ее все равно запихают в эту штуковину.
– Это обязательно, да? - прошептала она.
Кир кивнул. В его руку крепко вцепились тонкие пальчики и, ни в коем случае, не собирались отпускать.
– А может не надо? - с надеждой спросила девушка. - А-то знаешь, как страшно…
Стен подошел с другой стороны и присел рядом. Надя даже не почувствовала укола. Просто лицо Кира начало расплываться перед ее глазами.
– Кир, - позвала Надежда, отчаянно пытаясь сфокусировать зрение, это не удавалось. - Кир, ты здесь?
– Мой маленький лисенок, - Кир наклонился, прижимаясь губами ее виску. - Я здесь, рядом.
Он прошептал еще что-то очень тихо, а Надежда умиротворенно закрыла глаза и заснула. Разжав ее пальцы, Кир осторожно опустил Надю внутрь блестящего контейнера и предоставил санитарам закрыть крышку.
Накинув на плечи белый халат, Стен прошел по светлому коридору с множеством цветов на подоконниках высоких окон и негромко постучал в дверь кабинета заведующего отделением.
– Заходите! - раздался голос.
Войдя и аккуратно притворив за собой дверь, Стен поздоровался и тут же воспользовался предложением сесть. Он расположился в уютном кресле у стола, за которым сидел, сложив перед собой руки, пожилой человек, с добрым лицом и лучистыми, улыбчивыми глазами.
– Здравствуйте, здравствуйте! - проговорил врач, снимая очки и кладя их перед собой на стол. - Вы никак пришли Наденьку Орлову проведать?
– Да, - ответил Стен, - и заодно хотелось бы узнать, в каком она состоянии и когда можно будет забрать Надю из больницы.
– Все у нее в порядке. Мы ее на днях как раз выписывать хотели. Вот можете уже послезавтра ее забирать. Только Наденьке пока необходим, относительный покой и никаких нагрузок. Хотя, - врач лукаво прищурился, - с тех пор, как мы перевели Надежду в общую палату, она только и делает, что нарушает постельный режим. Все отделение взбаламутила!
– Неужели так плохо себя ведет? - поинтересовался Стен.
– Не то слово! - рассмеялся врач. - Недавно они двух бабушек из своей палаты самовольно обменяли на молодых девчонок из соседней. Переселили натихаря. Дежурные на это сквозь пальцы смотрят, а я на обходе очень удивился. А еще у нас в мужской палате парень молодой лежит. Он пока ходить не может, все сокрушался по этому поводу. Так теперь девчонки его каждый день по отделению катают на коляске… с ветерком. Самое интересное начинается, когда кому-то капельницу ставят. Девушки всей палатой дают представление, да такое, что все отделение собирается посмотреть. Роли быстренько распределят между собой, и что-нибудь известное экспромтом изображают. А-то, говорят, скучно же человеку под капельницей! Вчера, например, мы смотрели "Отелло и Дездемону". В Надином исполнении мавр получился уж совсем кровожадный… Да, сплошное нарушение правил! Ну и нам зато скучать не дают. - Неспешно поднявшись, врач произнес. - Ну да пойдемте, пойдемте. Проведу вас в палату.
