Кампания по возвращению Изабель тоже продвигалась, пусть и не так, как он планировал, во всяком случае, все шло в нужном направлении. Раньше он считал, что лучше всего не торопить события. Однако оказалось, что он недооценил ее нетерпение – да и свое тоже. Планы пришлось менять на ходу, о чем он нисколько не жалел. Прошедшие двенадцать дней – и ночей – стали… он как будто нашел порт после того, как восемь лет болтался по штормовым морям.
Эта сторона их отношений была совершенно ясна. Но, конечно, у всего есть своя цена. После того как Изабель вновь очутилась в его постели, он испытывал горячее желание оградить ее от какой бы то ни было опасности.
Как примирить два противоположных желания – два противоположных порыва? Один из них был инстинктивным, другой стал потребностью. Ройд пока не видел выхода…
Войдя в каюту, он сразу же увидел Изабель. Она склонилась над сундуком, в котором он хранил оружие. Он подошел поближе, чтобы посмотреть, чем она занята.
Изабель держала в каждой руке по ножу и задумчиво переводила взгляд с одного на другой. У него имелся большой запас холодного оружия, и сейчас она взвешивала два клинка.
– Думаю, этот подойдет. – Она сунула нож в ножны и выпрямилась. – Ты ведь не против?
– Нет. – Он не кривил душой. Он сам учил ее метать ножи и блокировать вражеские выпады, хотя и сомневался, что у нее будет возможность применить полученные знания на практике. Он наблюдал, как она направилась к кровати, покачивая пышной юбкой. – Кстати, мне придется плыть к Деккеру без тебя. – Когда она развернулась к нему с изумленным видом, он кивком указал на ее ноги: – В такой юбке невозможно взбираться по веревочной лестнице.
Она улыбнулась, прищурившись и не размыкая губ. Судя по всему, она заранее подготовилась к его придиркам.
– Да, действительно! – Она указала на кровать, точнее, на то, что было разложено на покрывале: – Вот почему я отправлюсь к Деккеру не в юбке.
Она положила нож и принялась развязывать шнуровку на платье. Ройд повернулся к своему арсеналу. Ему тоже нужно вооружиться.
Закрепив на ремне несколько ножей, Ройд закрыл сундук и, обернувшись, увидел, что она успела собрать свои длинные волосы в тугой пучок на макушке. Стоя с поднятыми руками в короткой курточке, брюках и сапогах для верховой езды, она представляла собой воплощение соблазна – чего он и боялся.
Как, скажите на милость, прикажете упорядочить мысли и разумно беседовать с Деккером, пока она стоит рядом с ним в таком виде?
Как он поведет себя, зная, что Деккер увидит ее такой?
И его команда…
– Я готова. – Закрепив последнюю шпильку, Изабель опустила руки и развернулась к нему лицом. Судя по всему, ей не терпелось приступить к делу. Глаза горели стальной решимостью, возле губ появилась знакомая ему упрямая складка.
Ройд тяжело вздохнул и взмахнул рукой, приглашая ее к выходу:
– Тогда пошли. Для нас крайне важно, чтобы Деккер начал действовать еще до утра.
Полчаса спустя шлюпка очутилась в густой тени у самого борта флагманского корабля. Гребцы лавировали между корпусами других судов Западноафриканской эскадры. Им предстояло пересечь лишь один открытый участок, где они были видны с палубы; они подождали, пока часовые, совершавшие обход, отойдут подальше.
Судя по всему, маневр удался. Никто их не заметил; на флагманском корабле по-прежнему царила тишина. Теперь им предстояло незаметно подняться на борт и пробраться в каюту Деккера.
Ройд покосился на Изабель, сидевшую рядом с ним на средней банке. Она разглядывала корабль, якорные цепи и прислушивалась к шагам часовых. Склонившись к самому ее уху, он прошептал:
– Твоя цепь левая, моя правая. Начнем подниматься, когда часовые окажутся на средней палубе, наверху переждем, пока часовые пройдут, а потом и перелезем на палубу.
Она кивнула, посмотрела ему в глаза и широко улыбнулась – в ее улыбке он угадал безрассудную радость.
– Пошли! – одними губами произнесла Изабель. Она быстро встала и, не раскачав шлюпку, подошла к левой цепи.
Он последовал за ней и, ухватившись за вторую цепь, посмотрел на нее. Не сводя друг с друга взглядов, они прислушивались и ждали…
– Пора! – прошептал он.
Изабель ловко подтянулась и начала быстро подниматься, перебирая руками и цепляясь ногами за цепь.
Она поднималась быстро. Издав приглушенное ругательство, Ройд ухватился за свою цепь и тоже полез наверх.
Изабель первой поднялась к борту. Через несколько секунд Ройд занял ту же позицию на другой цепи, меньше чем в шаге от нее.
Они ждали, прислушивались; шаги часового приближались.
Часовой постоял на носу, почти у них над головами, и зашагал дальше, совершая очередной обход.
