– Мне нужны четкие указания от всех, кто стал жертвами этих людей. Нужно знать, что вы этого хотите – более того, требуете как свободные англичане… чтобы всех шестерых преступников, шестерых алчных «заказчиков» привлекли к ответу.
Все зашумели, заговорили разом. Он не услышал ни одного возражения.
Уилл Хопкинс поднял руку:
– Может быть, составим петицию? – Он оглядел пленников. – Ее подпишут все похищенные.
– Превосходная мысль! – кивнул Ройд.
– Скажите, что нужно написать, – Изабель встала на ноги, – и я напишу петицию. – Она заглядывала в нетерпеливые лица. – К вечеру, когда все соберутся на ужин, все будет готово. Каждый из вас подпишет петицию до того, как мы приступим к еде.
Ее слова были встречены радостными возгласами.
Краем глаза Ройд заметил, как злобно смотрят на них Росс-Кортни и Нилл. Он пил чай и улыбался.
Последний вечер в поселке бывшие пленники и спасатели постарались провести по возможности празднично. Повара изловчились добавить праздничные нотки к трапезе, а превосходный бренди вызвал улыбки на всех лицах.
Все бывшие пленники наконец успокоились – только сейчас они в самом деле поверили в то, что отправятся домой, что утром они покинут место своего пленения, чтобы больше никогда сюда не возвращаться.
Кое у кого от бренди закружилась голова. Все шумно переговаривались, смеялись. Потом моряки достали волынки, и все стали готовиться к танцам.
Больше всего и молодым, и старым понравился шотландский рил; дети присоединились ко взрослым, и вся компания пустилась в пляс; одна мелодия сменяла другую.
В какой-то момент Ройд вышел из круга танцующих и, взяв стакан пунша, отошел в сторону, наблюдая и оценивая. Решив, что никому не нужно видеть кислые лица заключенных, он приказал убрать пятерых арестованных на рудник, где им предстояло провести ночь. Привыкнув к рисованию и черчению, Изабель воспользовалась тем, что она нашла в ящиках стола у Дюбуа – очень кстати, – и красиво написала петицию, которую все пленники охотно и даже с гордостью подписали. Даже дети; решив, что их подписи под документом лишь подкрепят коллективную просьбу, Кэтрин, Изабель, Эдвина и Эйлин научили каждого ребенка подписываться – в конце концов все они нацарапали свои имена на пергаменте.
Увидев, как радуются дети, они убедились в том, что их усилия не напрасны.
Подписанную петицию аккуратно завернули в брезент; теперь она лежала в сумке у Изабель.
Они сделали все, что могли.
Ройд пил пунш и думал о будущем.
Он думал о Деклане и Эдвине; сидевший напротив Деклан лучился гордостью, когда Эдвина взяла его под руку и весело болтала с Харриет и Диксоном. Еще одна сложившаяся пара!
Посмотрев направо, Ройд увидел Роберта с Эйлин; Роберт слушал, как Эйлин оживленно рассказывает что-то Уиллу и Фэншоу.
Ройд нашел Калеба и Кейт в окружении детей; все смеялись, когда, сидя на бревнах с детьми, которые расположились кругом у его ног, Калеб рассказывал им какую-то веселую сказку. Энни Меллоуз и Джед Метерс наблюдали за ними, держась за руки и улыбаясь, а Бабингтон обнял свою Мэри; они не могли оторвать друг от друга взгляда дольше чем на минуту.
В тот миг, когда Ройд понял, что непременно должен разыскать Изабель, ее рука обвила его талию. Он посмотрел на нее.
Она прижалась к нему и заглянула ему в лицо:
– О чем ты думаешь?
Он не отвел взгляда. Нужные слова пришли на ум почти сразу:
– Я думаю о гибкости и выносливости; в людях их гораздо больше, чем им кажется.
Изабель наклонила голову. Она наблюдала, как он, не сводя с нее взгляда, поднес к губам стакан и сделал глоток. Она была уверена, что он сейчас имеет в виду не недавно освобожденных пленников, а его и ее. Их вместе.
Через миг она улыбнулась и посмотрела на остальных, но не могла не думать о том же, что и он. Он не ошибался; их связь – призрачная линия, которая росла между ними все долгие годы, что они провели вместе, – не прервалась, когда они расстались. Она сохранилась, возможно, изменилась, но не была серьезно повреждена и уж точно не ослабла – и оба они радовались такой выносливости.
До этого путешествия.
До этой минуты.
Она чувствовала, что он смотрит на нее, но пока была не готова встретить его взгляд – встретить его и говорить о них.
Понятие «они» еще не сложилось и не окрепло у нее в голове.
Заметив какое-то движение справа, она посмотрела туда. Харриет вела в некотором смысле делегацию: Энни, Джемму, Эллен и Мэри. Энни несла в руках сверток в коричневой бумаге.
Приветливо улыбаясь, Изабель развернулась к бывшим пленницам; ее движение привлекло Ройда, и он тоже развернулся к ним.
Харриет остановилась перед ними. Другие женщины встали вокруг с расслабленными, но серьезными лицами.
– Мы думали о том, что вы сказали раньше, – начала Харриет. – О других «заказчиках», тех, чьих имен мы пока не знаем… и о том, как их будет трудно опознать. Если их нельзя будет назвать, а Росс-Кортни и Нилл по-прежнему будут отмалчиваться, все – все наши обвинения против них могут окончиться ничем… – Харриет помолчала; судя по всему, она вспоминала заранее заготовленную речь.
Изабель и Ройд терпеливо ждали.
