- А капитан-то - настоящий сердцеед.
Но донья Манча живо отняла у капитана руку. Казалось, она готова убить взглядом наглеца, который хвастался столь многим.
- Может быть, я сделал глупость! - подумал Мак и напустил на лицо самое наивное выражение.
Минуту стояла тишина. Капитан размышлял: "Принципы у меня превосходные, но на практике мне их применять не приходилось. Я всегда говорил, что рота рейтаров не так опасна, как одна женщина, и вдруг, очертя голову, кинулся в атаку на эту, в результате чего я сделаю любовницу короля своим смертельным врагом. Ну, простите меня!"
В свою очередь, донья Манча думала:
- Как мне насовсем отделаться от этого человека, с которым меня связала такая ужасная тайна?
Она смотрела на него со страхом, смешанным с ненавистью. И все же она первая прервала молчание. Она спросила Мака:
- Вы - капитан?
- Да, наемный капитан, к вашим услугам.
- Вы должно быть, честолюбивы?
- Как когда, зависит от обстоятельств, - ответил Мак.
- Итак, чего бы вы хотели? Говорите.
- Но, - наивно ответил он, - я ничего не хочу.
И он посмотрел на донью Манчу, та отступила.
- Но, - сказала она, - вы забываете, кто я и что я могу. И если бы вы пожелали...
На губах капитана появилась улыбка.
- Сударыня, - сказал он, - я полагаю, что вы ошибаетесь; я - бедный солдат, это правда, но сердце у меня не менее благородное, чем у короля. Я храню тайны, которые доверили мне судьба и случай, и мое слово не продается.
Он сказал это так грустно, но с таким искренним и благородным выражением, что донья Манча была тронута и внимательно взглянула на красивого молодого человека, который почтительно стоял перед ней и печально смотрел на нее ясным взглядом.
Мак понял, что в мыслях испанки что-то изменилось.
- Сударыня, - добавил он, - как только вы отсюда выйдете, донья Манча для меня умрет. Я забуду все, даже ее имя.
Испанка протянула ему руку.
- Это правда? - спросила она.
- Клянусь вам королевскими лилиями и моей верной шпагой.
- Я верю вам, - просто ответила она.
И не отняла свою руку, которую капитан держал в своих, когда он поднес ее к губам.
- Прощайте, сударыня, - сказал он.
- До свидания, - сказала она, - потому что мы еще увидимся.
- Завтра вы уже забудете меня, - сказал он.
- Кто знает? - ответила она, покраснев.
Она поправила плащ, опустила на лицо капюшон и собралась уже уходить, но вдруг еще раз протянула ему руку и повторила:
- До свидания.
Мак проводил ее до двери и выглянул на улицу, где неподалеку от лавки стояли носилки доньи Манчи с носильщиками.
Молодая женщина сделала ему прощальный жест и быстро удалилась. Вернувшись, Мак сказал Сидуану:
- А теперь запри дверь.
Сидуан ошалело посмотрел на Мака.
- Как, капитан, - пробормотал он, вы позволили ей уйти?
- Ну и что?
- Вот просто так? - продолжал Сидуан.
- А что, по-твоему, я должен был сделать?
- Ну, черт возьми! Не знаю... в самом деле... но мне кажется...
- Дурень! - проронил Мак.
Потом он снова уселся за стол и протянул Сидуану свой стакан.
- Налей мне вина, - сказал он.
- Все равно, - бормотал Сидуан, - вот я бы...
- Вот ты бы... что бы ты сделал?
- Разумеется, если бы я был как вы, капитаном...
- Ну вот потому-то ты и не капитан, - сказал со смехом Мак.
- Ах да, капитан, - сказал Сидуан, которого веселость Мака несколько пугала, - мы что, будем всю ночь бодрствовать?
- Конечно, раз мы обещали мадемуазель Саре и твоему дядюшке Жобу. Разве уж так страшно провести ночь за стаканом вина?
- Нет, конечно.
- Спустись еще раз в погреб. Бутылки-то пусты.
- Позвольте, я сначала хорошенько запру двери.
Сидуан счел нужным заложить все засовы и запереть все замки.
Потом он взял факел и спустился в погреб, вход в который показал ему Жоб.
- Уф! - сказал он, поднимаясь. - Поглядите-ка на эту пыль, капитан!
И он поставил на стол две пыльные бутылки.
- Они должно быть стары, как городские камни, и помогут нам скоротать ночь, особенно если мы будем играть.
- Охотно, - сказал Мак.
- А за выпивкой мы побеседуем, а за беседой - сыграем, - продолжал Сидуан, - и время-то и пройдет.
При этих словах он вытащил из кармана кости и рог и сказал:
- Ну, и во что мы будем играть, капитан?
- Да во что хочешь...
Но у Сидуана появилось на лице замешательство.
- Вот черт! Ведь теперь...
- В чем дело? - спросил Мак.
- Ведь в игре нужна удача!
- Твоя правда.
- А вы приносите счастье.
- Это факт.
- И я тому - живое доказательство. А если я буду играть против вас?
- Ты хочешь сказать, что я прежде всего буду приносить счастье самому себе?
- Вот именно.
- И ты проиграешь?
- Боюсь, что так.
- Ну что ж, не будем играть - это прекрасный способ не проиграться.
Но в тот момент, когда Мак произнес эту фразу, раздался глухой шум.
- Капитан, - прошептал Сидуан, - я боюсь.
- Да брось ты!
- Мне кажется, что здесь где-то ходят.
- Ну и пусть!
- Что паркет скрипит... - У тебя в ушах шумит.
- Да нет... клянусь вам...
- Да ну тебя!
- Может быть, ворам стало известно, что мэтр Лоредан сегодня ночью отсутствует, и они решили забраться в лавку.
- Ну, пусть приходят, мы устроим им достойный прием.
- Ну вот! - сказал Сидуан. - Теперь мне кажется, что шумят в погребе.
Мак схватился за шпагу.
