— Я тру, — со смехом отвечал Герберт, — но вовсе не затем, чтобы добыть огонь… Я страшно замерз и дрожал от холода, а теперь начинаю согреваться и надеюсь, что через несколько минут мне будет так же жарко, как и тебе, Пенкроф.
И Герберт очень скоро добился того, чего хотел, хотя, конечно, огня он не добыл. Впрочем, на это можно было не рассчитывать, по крайней мере, в эту ночь. Гедеон Спилет утешал своих товарищей, что, как только Сайрес Смит будет чувствовать себя лучше, он сразу же найдет способ получить огонь. А пока что Спилет улегся спать на своем песчаном ложе в укромном месте. Герберт, Наб и Пенкроф последовали его примеру, а Топ уже давно спал в ногах у своего хозяина.
На другой день, 28 марта, инженер проснулся около восьми часов утра и увидел возле себя своих товарищей, терпеливо дожидавшихся его пробуждения. Как и накануне, он прежде всего задал им вопрос:
— Остров или материк?
По-видимому, эта мысль не покидала его даже во сне.
— Хм… — ответил за всех Пенкроф. — Мы этого не знаем, мистер Смит.
— Неужели вы до сих пор этого не узнали?
— Нет. Но, конечно, мы это узнаем, когда отправимся с вами на разведку.
— Мне кажется, я уже в состоянии идти с вами, — ответил инженер и без особых усилий поднялся на ноги.
— Вот и прекрасно! — воскликнул Пенкроф.
— Я так ослаб, главным образом, от истощения, — ответил Сайрес Смит. — Друзья мои, дайте мне чего-нибудь поесть, и с меня всю эту слабость как рукой снимет. У вас разведен огонь, не так ли?
Все молчали. Наконец, Пенкроф сказал;
— Увы! У нас нет огня… Хотя точнее следовало бы сказать, мистер Сайрес, что у нас больше нет огня!
И Пенкроф рассказал Смиту, какого труда им стоило развести огонь и как он потух накануне. Инженер, улыбаясь, слушал повествование о единственной спичке и неудачной попытке добыть огонь трением, как это делают дикари.
— Мы что-нибудь придумаем, — сказал он, — и если не найдем вещества, подобного труту…
— Что тогда? — с тревогой спросил Пенкроф.
— Тогда мы станем делать спички.
— Настоящие?
— Настоящие.
— Видите, Пенкроф, как это просто, — сказал Спилет, хлопая моряка по плечу.
Пенкрофу, однако, это совсем не казалось таким простым делом, но, не желая вступать в спор, он не возразил ни слова. Все вышли наружу. Погода улучшилась. Яркое солнце поднималось над горизонтом, обещая ясный безоблачный день.
Инженер внимательно осмотрелся кругом, а затем, ни слова не говоря, сел на большой обломок скалы. Герберт подал ему пригоршню литодом и водорослей.
— Это все, что у нас есть, мистер Сайрес, — сказал юноша.
— Спасибо, милый мальчик, этого хватит на завтрак, — ответил Смит.
Он с аппетитом съел эту скудную пищу и запил ее свежей водой, принесенной из реки в большой раковине. Остальные смотрели на него, не говоря ни слова. Утолив голод, Сайрес Смит скрестил руки на груди и сказал:
— Итак, друзья мои, вы все-таки еще не знаете, куда забросила нас судьба: на материк или на остров?
— Нет, мистер Сайрес, — ответил Герберт.
— Мы это узнаем завтра, — продолжал инженер. — А до тех пор нам делать нечего.
— Нет, есть, — возразил Пенкроф.
— Что именно?
— Огонь, — заявил моряк, у которого тоже была своя навязчивая идея.
— Будет у нас и огонь, Пенкроф, — ответил Смит. — Вчера, когда вы несли меня, мне показалось, что я видел на западе гору, которая, насколько я мог заметить, господствовала над всей этой местностью.
— Да, — подтвердил Гедеон Спилет, — мы тоже видели эту гору… Она кажется очень высокой…
— Она-то нам и нужна, — сказал инженер. — Завтра мы поднимемся на эту гору и увидим оттуда, остров это или материк. А до тех пор, повторяю, делать нечего.
— Нам нужен огонь! — опять повторил упрямый моряк.
— Не беспокойтесь, будет вам огонь! — возразил Гедеон Спилет. — Потерпите немножко, Пенкроф!
Пенкроф промолчал, но посмотрел на Спилета с таким видом, словно хотел сказать: «Если понадеяться на вас, то мы еще не скоро попробуем жаркого!»
Сайрес Смит молча сидел на своем месте. По-видимому, вопрос об огне его нисколько не тревожил. После нескольких минут размышлений он поднял голову и сказал:
— Друзья мои, наше положение, может быть, и плачевно, но выяснить его будет нетрудно. Если мы на материке, тогда рано или поздно, каких бы трудов и лишений от нас это ни потребовало, мы доберемся до какого-нибудь населенного пункта. Но, возможно, мы на острове. В последнем случае одно из двух: если остров обитаем, мы постараемся сблизиться с его обитателями и попробуем с их помощью выбраться отсюда; если же он необитаем, нам придется надеяться только на самих себя…
— Да это просто!.. Именно так я и думал, — перебил инженера Пенкроф.
— Но материк это или остров — не имеет, по-моему, особого значения, — вмешался Гедеон Спилет, — гораздо важнее знать, куда нас забросил ураган. Можете вы, Сайрес, ответить на этот вопрос?
