— Птичка, — я поднялся, подошел к девушке, осторожно положил руки ей на плечи и прижал к себе, — все ведь хорошо, ты на Шагаре, вы нашли все осколки, я соберу Душу Океана, — она не оттолкнула меня, не отстранилась, но оставалась все такой же напряженной. Странное чувство, что Кали чего-то не договаривает.
— Соберешь? — неуверенно спросила она.
— Соберу. Что тебя так беспокоит?
— Я, наверное, просто до конца не верю, что скоро все закончится, мне, наверное, просто сложно расслабиться.
— И? — я положил подбородок ей на макушку.
— Такой проницательный волк, — грустно усмехнулась сапсан. — А что дальше Тивор? Что я буду делать потом? Родители и брат думают, что их непутевая дочь и сестра давно сгинула в море, я ничего не умею, кроме как вести корабль, я ничего не знаю. А моя команда? Что станет с — … растеряна, — пробормотал, крепче сжимая в руках напряженное тело, птичка медленно кивнула. — Мы что-нибудь придумаем вместе. У тебя же есть я.
— Есть ли? — Кали, наконец-то, повернула ко мне голову, всматриваясь в глаза. Страх, неуверенность, грусть, беспокойство. Птичка смотрела, а я словно читал ее, и так хотелось прогнать эти чувства, вернуть прежнюю веселую, уверенную Калисто. Дикую и страстную. Бесовку.
— Не сомневайся, — я наклонился и быстро коснулся ее губ своими, провел вдоль рук, переплел наши пальцы.
— Извини, наверное, просто устала, — духи леса, она еще и извиняется?
— Не смей, слышишь? Никогда не смей извиняться за свои чувства и мысли, — Калисто ничего не ответила, замерла на миг, а потом коротко, как-то судорожно кивнула.
— Откуда только ты взялся на мою голову? — хмыкнула девушка спустя какое-то время. Я выдохнул. Что ж, видимо, пришла моя очередь рассказывать, каяться.
Вот только еще чуть-чуть постоять вот так, держа ее в своих руках.
Совсем чуть-чуть.
Кто знает, как она отреагирует на мое признание? Я осторожно развернул девушку к себе, взял за руку и усадил на кровать, сам устроился на полу, обхватив ее ноги, положив на колени непутевую башку.
— Я — Железный Волк, Кали. Сын Каменной стаи и бывший Черный страж Великого князя Малейского, — капитан шокировано выдохнула, но вырываться пока не спешила. Что ж уже хороший знак, не так ли?
— Сильно, — прошептала через несколько вдохов, а волк, по-моему, опешил.
— И это все?
— Ну, — я отчего-то несмело провела рукой по темной макушке, — я чего-то такого и ожидала. Хотя, вру, такого я не ожидала точно. В общем, сильно.
— И тебя ничего не смущает?
— Меня многое смущает, но ничего из того, о чем ты сейчас так усиленно думаешь. Ты был передо мной, Тивор, все это время, все это долгое время, что мы плыли на корабле. Я видела твою татуировку. Не думай, что если я полжизни провела на «Пересмешнике», то ничего не знаю о Каменной стае.
Не думай, что у меня нет глаз или ушей. Я вижу, как трясется перед тобой сын Августа, вижу, как ты спокоен, сосредоточен, как уверен в себе. Вижу, как ты ходишь и двигаешься, слышу, как разговариваешь. Правда, я предполагала, что ты какой-то военный. Черный Страж, меня порядком удивил. Знаешь, а мы ведь пару раз переходили дорогу Малейскому флоту, — задумчиво протянула, глядя поверх головы мужчины в окно. — Что скажет по этому поводу Великий князь?
— Думаю, он посмеется.
— Посмеется? Серьезно? — я перевела взгляд на оборотня. Он шутит?
— Вы с ним в этом похожи, птичка, — усмехнулся Тивор. — О Кристофе ходит больше слухов и домыслов, чем правды. Ну и, пожалуй, он захочет разобрать твой корабль по досточкам, чтобы понять, как устроено судно.
— Не надо трогать Ника, — встрепенулась я, — сама ему все расскажу, — мужчина, сидящий в ногах, крепко сжимающий мои колени, вдруг расхохотался. Пронзительно и искренне, — Как ты попал к Кристофу? — спросила, спустя какое-то время. Вопрос почему-то заставил волка почти подавиться собственным смехом и замолчать, его руки сжались в кулаки. — Можешь не рассказывать, если…
— Я хочу, — оборвал он меня, — просто не знаю, как начать.
— Начни с начала. С пустошей, — я вывернулась и поджала под себя ноги, все еще задумчиво глядя в окно, где шумели резные кроны таких необычных и непривычных деревьев, где так вкусно пахло неизвестными цветами и жизнью. А вот от Тивора пахло тревогой и беспокойством. Может, лучше все оставить как есть?
— Ты знаешь, как я попал на пустоши. Но… знаешь ли ты, чем грозят пустоши оборотню?
— Потерей себя, — ответила тихо.
— Да. Я думал, что справлюсь, но… — волк вздохнул и крепко зажмурился.
