– Ну, Семёныча назвать товарищем можно было с большой натяжкой, но я его потом нашёл. Он так и остался в том селе, и совершенно преобразился. Вообще-то, он был довольно вредным старикашкой со склочным характером. Но этот перенос его сильно преобразил. Он подобрел, стал тихим. Местные к нему очень хорошо относились, а он всё время возился с детьми, балуя их разными деревянными поделками, на которые был большой мастак. Помер лет семь назад, оставив по себе светлую память. Я тогда, кстати, пошарил ещё на той реке на предмет золота. Насколько я понимаю, основные месторождения здесь совпадают с нашими, но они, почти все известны местным – плотность населения-то несопоставима. Угробил целый сезон, и ничего не нашёл. Вообще! Выходит, или здесь всё же есть отличия, или кинул тогда геолог Семёныча, просто получив две бутылки на опохмел… что более вероятно. А Витька долго был со мной. Но когда мы оставили службу, занявшись своими делами, осел на Делосских островах (Алеутские), открыл сначала лавку, потом свой склад. Я раньше, пока сам занимался перевозками на торговом судне, доставлял ему грузы, которыми он торгует с туземцами. Ходить в море категорически отказывается, считает, что морской дьявол уже заприметил его. В общем, он мне не помощник, а дела тут назревают большие. Но вам пока рано забивать этим голову.
– А как вы с Андреем Леонидовичем пересеклись? – Спросил Коля.
– Через старосту. Я когда нашёл Семёныча, то у него уже была договорённость, что в случае обнаружения ещё таких чудиков, просто придерживать их на месте и отправлять весточку в Мелибеа. Я заинтересовался, отправился по этому адресу, и ни капельки с тех пор не пожалел, потому как что бы с нами здесь не происходило, но именно мы должны помогать друг другу. А Леонидыч, он только с виду тихий и скромный, связи у него тут такие, что закачаешься.
– Не преувеличивай, Дим. – С нажимом попросил хозяин дома.
– Всё, молчу! – Отшутился тот, вскидывая руки ладонями вперёд, и они оба засмеялись.
Потом ребята отправились обсуждать ситуацию в свою комнату, а Леонидыч с Дмитрием остались поговорить о своих делах.
– Что делать будем? – Первым спросил Сергей.
– А есть варианты? – Вопросом ответил Саша.
– Варианты есть всегда. – Задумчиво проговорил Коля. – Стрёмно как-то. Да, и сам этот Дима какой-то жуликоватый. Не факт, что его рассказ вообще правда.
– А какой ему смысл нам врать? – Возразил Саша. – Неужели ты думаешь, что он попёрся в такую даль, чтобы заполучить ещё четверых рекрутов?
– Нет, конечно. Но почему бы не получить их попутно, не прилагая к этому никаких усилий. Или ты думаешь, что местные прямо все горят желанием подставлять свои головы под пули и сабли?
– Но мы же свои! – Горячо возразил Саша.
– Это он тебе так говорит. Человек, поднявшийся в незнакомом обществе из грязи в… капитаны, не может быть простым.
– Если бы здесь что-то было нечисто, то Леонидыч нам хотя бы намекнул об этом. Или ты и ему не веришь?
Наступила небольшая пауза, после которой Коля задумчиво сказал:
– Леонидыч чистейшей души человек. Он и сам может заблуждаться. А Дима – жулик. У него это на лбу написано. Да, и… ты же понимаешь, что ситуация здесь далека от стабильной. Тот же Леонидыч говорил, что постоянно случаются войны, а на море так они вообще не прекращаются. Пираты опять же… Я надеюсь, ты не воображаешь, что все они срисованы с «капитана Блада»? Там запросто можно лишиться головы, а твой Дима лишь пожмёт плечами, философски заметив, что, мол, не повезло.
– Ну, оставленный нами мир тоже не отличается безопасностью.
– Да, только ты там что-то не рвался в беспокойные места, типа Украины или Сирии, а предпочёл нудную работу на стройке.
Саша задумался. Потому что аргументы товарища были увесистыми. Но потом снова продолжил гнуть свою линию:
– Там у нас был богатый выбор и возможности. Привычные возможности, накатанный путь. Родители, которые поддерживали, друзья. Порвать со всем этим не просто. А про Украину у меня вообще-то мысли были. Но ты прав. Не решился. Потому что для этого надо было сделать поступок. А здесь… Что вот тебя лично держит? Чем ты будешь заниматься? Сидеть на шее у Леонидыча?
– Нет, конечно. – Сразу ответил Коля. – Весной по любому надо куда-то срываться. Надо только придумать куда, и чем заняться. Но вместе! Вместе мы сила!
– А если нас будет больше, то мы ещё большая сила. – Привёл свой аргумент Сергей.
– Я поеду в село, к старосте. – Неожиданно сказал Игорь. – Если Семёныч прожил там остаток дней, то и я проживу не бедствуя.
Воцарилось гробовое молчание. Они и раньше слышали от Игоря об этом желании, но до сих пор оно высказывалось, как один из предлагаемых вариантов, как робкая надежда, что им всё же удастся вернуться. Самим или с чьей-то помощью. Но теперь это было сказано совсем другим тоном. И зная подоплёку этого желания, связанную с оставленной в другом мире женой, ребята не нашлись, что сразу возразить. Расставаться не хотелось, ведь до сих пор они были командой.
– Игоряныч, – как можно проникновеннее сказал Саша, – мы здесь далеко не первые, и никто не смог вернуться.
