– Темно… – Заговорил один из офицеров.
– Нет! – Госсе Блад резко взмахнул перед собой руками. – Не сметь и думать. Случайное замыкание и… – Он махнул рукой. – Привода платформ не включать. Толкайте руками. Приступайте! Не стойте!…
Госсе Блад был если не самым грамотным офицером в космическом флоте кроканов, то одним из них. Его авторитет был огромен, но, в отличие от авторитета адмирала, он был завоёван не кулаками, а знаниями. В Госсе Бладе одновременно сочетались, казалось бы не сочетаемые черты характера: жестокость и человеколюбие; требовательность и уступчивость; строгость и мягкость; настойчивость и податливость, самолюбие и терпимость. Он, практически никогда не кричал, но неизменно добивался поставленной цели. Он даже не совсем был похож на крокана: был достаточно высок, худощав и имел на голове короткий ежик торчащих во все стороны светлых волос. Кто были его родители, никто не знал, как и он сам, но злые языки поговаривали, что он, тайно привезённое дитя с Роззы. Но прямых доказательств этому не было и потому Госсе Блад, относительно, спокойно жил на Крокане, умело отметая все необоснованные обвинения…
Осторожно ступая по разлитой на полу жидкости, офицеры направились к платформам с контейнерами и упершись в две из них руками, начали толкать – относительно легко, платформы поддались и заскользили к воротам.
Неожиданно снаружи раздался громкий шорох. Госсе Блад и капитан резко обернулись – за опорами дифферента мелькали неясные серые тени. Капитан приподнял клоссер.
– Не уверен, что это животные. – Произнёс он.
– Нет! – Громко зашипел Госсе Блад. – Срочно в корабль. Я закрою ангар. Найди кто это и уничтожь. Потом продолжим.
Сорвавшись с места, капитан бросился к выходу из ангара. В тот же миг в воздухе сверкнул красный луч и упёрся ему в грудь. Капитан тут же замер, будто упёрся в стену. Его рука, сжимающая клоссер, поползла вверх, но ему в грудь упёрся ещё один красный луч. Рука капитана опустилась и сверкнувший красный луч клоссера упёрся в пол и в следующее мгновение над Кроканой вырос огромный жёлтый гриб, будто над ночной стороной планеты взошло рукотворное солнце.
