Хаара! Правильно ли я сделал, что взял Ирну в экспедицию? Захотел утешить себялюбие? У них ведь нет истории дальних космических перемещений. И что теперь? А если это скажется на её плоде? Замелькали у него тревожные мысли. Как у них протекает его вынашивание и сколько оно длится? Вдруг рождение произойдёт на корабле? Сможет ли их врач оказать необходимую помощь? По её виду этого не скажешь. Уж слишком она несерьёзна. Что делать? Прервать экспедицию и вернуться на Гитту? Но Вирт сам в этом заинтересован. Два-три дня что-то решат? Не знаю. Его голова покаталась по спинке кресла. Возможно. Но ведь им то, должно быть лучше известно об этом. Если они не бросаются в панику, значит есть время. Может стоит поговорить об этом с Виртом? Кажется, он не очень доволен течением экспедиции? Но это, ведь, не исследовательский корабль. А если рассказать им всю правду о моей цивилизации. Как они воспримут её? Нет, нет. Он опять покатал головой по спинке кресла. Только не сейчас. Они ещё не готовы Может быть, когда-либо….
– Есть проблемы? – Поинтересовался он, продолжая стоять в дверях.
– Ещё нет, но если не следить за собой, то, непременно, будут.
– Вот и следи!
Недовольным голосом произнёс Вирт и сделав шаг назад, повернулся и направился к каюте Мериамана. Каюта оказалась пустой. Дёрнув плечами, Вирт вновь вышел в коридор и покрутив головой, направился к лестнице, ведущей в ангар. В ангаре был прежний беспорядок, но никого из исследователей видно не было. Состроив гримасу недоумения, Вирт уже повернулся, чтобы вернуться на второй уровень, как его внимание привлекли глухие человеческие голоса, доносившиеся из какой-то открытой двери, противоположной стены ангара. Вирт направился к противоположной стене. Исследователей он нашёл в комнате, в котором хранилось оборудование. Мериаман, Ушрат и Хоремхеб стояли вокруг стола, на котором находился какой-то прибор и видимо смотрели на его экран и о чём-то негромко переговаривались. Вирт подошёл к оставшейся свободной стороне стола и заглянул в экран, который был заполнен разноцветными рядами знаков и цифр. Исследователи, прервав свою беседу, повернули голову в его сторону.
– В чём проблема? – Вирт вопросительно кивнул головой.
– Мы положили в анализатор песчинку с планеты. – Заговорил Мериаман. – Выводы анализатора оказались весьма впечатляющи. Песчинка содержит кремний очень высокой чистоты, тулон и ещё какой-то минерал, испускающий фотоны. – Он провёл указательным пальцем по одной из строк на экране. – Кремний на тулоне. Странное сочетание.
– Это же готовые исходники для электронной промышленности. – Заговорил Хоремхеб. – Наши лаборатории прикладывают титанические усилия, чтобы добиться чего-то подобного. А они тут в таком контакте, что никаким топором не разделишь.
– Значит нужно вернуться и загрузить ангар песком. – С усмешкой произнёс Вирт. – Экспедиция и окупит себя.
– Всё не так просто. – Мериаман покрутил головой. – Вероятнее всего, минерал тоже прочно связан с тулоном и возможно, их разделение окажется не простой задачей. С одной стороны минерал, явно, лишний в этом триумвирате, с другой – ничего непонятно. Однозначно, требуются серьёзные исследования. К тому же, не все песчинки испускают фотоны. Мы проанализировали их около двух десятков и всего четыре испустили фотоны. Остальные почему-то молчат.
– А что за минерал? – Вирт обвёл исследователей внимательным взглядом.
– Он не известен нашей цивилизации. – Мериаман вновь покрутил головой. – По крайней мере, анализатор его не идентифицирует.
– А ты, что скажешь? – Вирт повернул голову к Ушрат.
– Увы! Мои знания здесь оказались не нужны. – Ушрат покрутила головой.
– Мы направляемся к третьей планете. Часов десять у нас есть, чтобы обсудить произошедшее. Господин Лампарт предполагает, что это мы, своим появлением, стали причиной возникновения песчаной бури. Вы верите в это?
Ушрат молча покрутила головой. Хоремхеб, состроив гримасу, поднял плечи и остался в таком положении, будто отключился. Мериаман, принялся с такой силой тереть лоб, будто намеревался протереть в нем дыру и достать оттуда нужную информацию.
