Наконец ему удалось выбраться за пределы посадочного поля. Корабль сел на одном из трех военных космопортов, располагавшихся треугольником вокруг Сомонта и являвшихся частью противодесантной системы столицы. Разрушения здесь были небольшими. До города можно было добраться пешком, учитывая, насколько он устал и ослабел от голода, дня за три, не раньше, а то и за четыре. Машин вокруг не было видно; да и будь они — он в таком виде не решился бы просить, чтобы его подвезли. Что же: придется идти, питаясь тем немногим, что ему удалось, перед тем как покинуть корабль, найти и украсть на опустевшей корабельной кухне. Главное — дойти до города, сохранив документы. А там… Может быть, что-нибудь еще уцелело в его, композиторских, покоях? А если не там, то хотя бы на старой квартире, где он обитал, будучи еще простым учителем.
Время было беспокойным. И покидать самое надежное место в Сомонте и на всем Ассарте было для Властелина по меньшей мере неосторожным. Когда капитан Черных Тарменаров осмелился намекнуть на это обстоятельство, Изар ответил лишь:
— Мир должен видеть Властелина, Властелин должен видеть мир собственными глазами.
Капитан не осмелился возразить.
На самом деле причины, побудившие Властелина покинуть надежные стены своего Жилища и подвергнуть себя возможным неприятностям ночного путешествия, были намного сложнее. Безопасность поездки, пусть и совершавшейся под надежной охраной Черных Тарменаров (чья преданность Изару и прекрасная выучка не вызывали ни малейших сомнений), была вовсе не гарантированной. Поэтому Изар вряд ли пустился бы в путь лишь ради желания увидеть своими глазами, как обстоят дела в стране, только что пережившей никем не предусмотренные неприятности войны, когда ей неожиданно пришлось выступить в роли обороняющегося, а не атакующего. Изар и так достаточно хорошо представлял себе положение вещей. И хотя именно так он изложил повод для своего неожиданного отъезда Ястре, остававшейся на время его отсутствия, пусть и чисто формально, законной распорядительницей Власти, — подлинные мотивы срочной поездки ничего общего с государственным любопытством не имели.
— А кроме того, — добавил Изар, — не вы ли докладывали мне, что Службой наблюдения замечено прибытие на планету самое малое шести кораблей?
— Семи, Бриллиант Власти, — осторожно поправил офицер.
— Из которых вы смогли захватить только один — и то от него остались лишь обломки, не так ли?
— Они взорвали его сами, Властелин, — когда поняли, что не могут скрыться. Но этот корабль сел близ Сомонта, прочие же приземлились где-то далеко — на северо-востоке.
— Кто же были эти — они?
Капитан не сразу ответил:
— Как я уже докладывал: мы захватили только трупы. Большинству удалось скрыться.
— Вот именно. Это — корабль, совершивший посадку на пригородном космодроме.
— Так точно. Из-за этого взрыва посадочный комплекс пришел в негодность…
— Это небольшая беда: у нас-то кораблей все равно нет. А вот второй, насколько я помню, опустился неподалеку от нашей Летней Обители?
— Уже высланы патрули для обнаружения и выяснения обстоятельств.
— Надеюсь, что у них что-то получится. А прочие, вы говорите, снижаются на северо-востоке?
— Они садятся далеко — в лесах.
— Точнее — на территории донкалата Самор, я прав?
— Мы так и докладывали Бриллианту…
— Не беспокойтесь, капитан, я помню. А вы не забыли, что именно там донк Яшира увел в леса людей? Десант так и не смог проникнуть на их территорию. Стыдно сказать, капитан, но то была едва ли не единственная удачная военная операция с нашей стороны.
Капитан предпочел промолчать.
— И вот теперь он даже принимает чьи-то корабли. А о чем это говорит?
— Значит, их космокомплекс в порядке, — произнес капитан.
— Это — деталь… Это говорит о том, капитан, что донк Яшира в Саморе располагает единственными серьезными силами, какие мы смогли бы использовать против… против любой угрозы Власти. Ваши тарменары — прекрасные бойцы, но их, согласитесь, слишком мало.
Капитан опустил голову. Мало, конечно; но их никогда и не было много, а у Ассарта прежде была армия, теперь же от нее, по сути, ничего не осталось.
— Вот поэтому нам и надо побывать у донка Яширы. Теперь поняли?
— Так точно, Бриллиант. Значит, мы едем туда?
— Я направился бы морем — но у нас не осталось ни единого корабля, сколько-нибудь пригодного для такого перехода. И, кстати, по дороге мы заглянем еще в одно место…
Властелин умолк. Если капитан тарменаров и ожидал, что получит еще какие-то разъяснения, то напрасно. Властелин замолчал надолго.
Замолчал потому, что хотелось еще раз без помех подумать о многом. Как бы Властелин ни бодрился, положение на самом деле можно было назвать критическим.
