– Где – у них? – сразу перебили ее. – Вот тут-то они наверняка и сказали – где, в каких краях, откуда они такие взялись?
– Да мне-то не все ли равно – откуда? Я не спрашивала, их цены мне и во сне не нужны. А они не говорили, разговора у нас и вообще почти не было, я цену назвала, они между собой что-то там бормотали, не знаю – что…
– Притормози тут! Бормотали – ты наверняка хоть что-то да услышала, а? Ясно, что услышала, уши у тебя вон какие вострые…
– То и услышала, что бормочут. Но не по-нашему. Не знаю, где так говорят. Не у нас, это точно. Никогда такой речи не слыхала. Они и правда издалека, наверное.
– Значит, бормотали. И что же потом – просто встали и ушли?
– Да почти что так и получилось, как ты говоришь. Я было предложила их травничком угостить с лепешками. За травничком клиент размякает, добреет, чувствовать себя начинает без малого как дома – и тут как раз самое время скинуть запрос, и они на это клюют – начинает им казаться, что они своего добились, цену сбили. И остаются.
– Запрос?
– Ну ты что – неужели не знаешь? Удивительно даже. Запрос – нормальный: всегда первую цену назначаешь выше справедливой, с запросом. Именно для того, чтобы потом было куда отступить – но при этом своей выгодой не пожертвовать. Дело простое. Да, вот я, значит, и предложила, намекнула даже, что тогда и о цене еще поговорим. Но они травничка не захотели, сказали, что у них времени, мол, нет и денег таких тоже, что найдут авось что-нибудь, что по карману окажется, чтобы под небом не ночевать, тем более что дел у них много. И с тем ушли.
– Дел много? А хоть куда пошли – не заметила? В город или из города?
– Стала бы я еще им вслед глядеть. Они тут натоптали, пришлось пол мыть – мне-то ведь постояльцев искать все равно придется, вот к утренним ползунам снова на вокзал идти, а до того – после вас отмывать, нельзя же клиента вести в такую грязищу, из вас же никто ног не вытер, так все и ввалились…
Это было уже чистой воды ворчание, естественное для хозяйки, которая за собой никакой вины не чувствует и злится оттого, что ей вдруг забот добавили без всякой за то платы. Похоже, посетители ее все так и поняли – ощутимо расслабились, на стуле придерживать ее перестали, тот, что снимал допрос, вытащил коммик из кармана и стал докладывать. Вдруг снова повернулся к ней:
– А про обитель никто из них не упоминал?
– Сказала же я – ничего не разобрать было. Бу-бу-бу да ля-ля-ля, всего и толку.
Он снова заговорил в трубку. Негромко, но тут уж были не ля-ля-ля, тут язык был знакомый, понятный. Вирга в его сторону перестала смотреть – чтобы не подумал, что его разговор ее интересует. Да ни вот на столько не интересует, что бы он там ни вякал!
Они уже совсем подобрели, и один даже предложил:
– А хочешь – я тут у тебя задержусь, помогу пол отмыть?
– Ну как же, непременно, – ответила она с усмешкой. – Сначала пол помоешь, потом и спинку мне захочешь потереть, верно?
– Я и спинку умею тереть, попробуй – не пожалеешь.
– Непременно. Как только состарюсь – так сразу. А пока не взыщи, сама еще обхожусь, да и – есть кому.
Их старший насторожился:
– Муж, что ли? Где же он? Может, он что слышал?
– Муж не муж, – ответила она с достоинством, – а мужик. Слышать он не слышал, потому что он того же поля ягода, что и вы. И сейчас несет службу в патруле.
После этого на нее перестали обращать внимание и стали собираться на выход, обмениваясь репликами вроде:
– Но как же – вшестером, сквозь цепь… все же было перекрыто. А в направлении к обители – особенно…
– Дело темное, да и не нашего ума. Ну что – разбегаемся по своим конторам, на доклады? Приятно было с вами встретиться, ребята.
– Да, люблю такие встречи – без разборки. Между прочим, заметили – от Храма ни одного человека не пришло. Побрезговали нами, значит.
– Ничего, это им в копеечку встанет. Ну, счастливо.
– Того же.
Наконец-то Вирга осталась одна. Перевела дыхание. Почувствовала, что устала. Пол обождет до утра, ничего. Что же тут творится, если подумать? За этими людьми серьезная идет охота. А она, выходит, их укрывает. Почему? Да вот какие-то они… такие, что хочется им помочь. Вообще-то, не им, а ему. Тому самому. Остальные же – просто с ним. Как это у него получилось – сразу, незаметно влезть ей в душу и там остаться? Да какая разница – как…
Неожиданно для самой себя она решила: утром надо его встретить, рассказать о ночных визитерах. Где встретить? Бог знает. Но было странное ощущение: не только знает, но и подскажет.
Снова заворковал замок. Гер? Он самый. Вошел, усталый. Глянул на пол, все понял. Спросил только:
– Благополучно?
– Обошлось.
– Станешь убираться сейчас? Может, не стоит? Пойдем…
Вирга перебила:
– Не будем сегодня, Гер, ладно? Что-то я утомилась… и настроение не то. Потерпи хоть до завтра.
– Малыш…
Она вздохнула:
– Ну, если уж…
Он получил свое, быстро уснул. Вирга на этот раз даже не подыгрывала, лежала доска доской. Боялась: а вдруг Гер перебьет новое ощущение? Жаль было со странным чувством расставаться.
