«Сэмиш, мне нужна помощь и еще раз помощь. Создавшаяся ситуация потенциально опасна, поэтому приезжай немедленно. Я лишний раз убедился в твоей правоте, дружище Сэмиш. Ни при каких обстоятельствах мне не следовало полагаться на землян. Это на редкость легкомысленная раса, как ты постоянно подчеркивал. Но они не столь бестолковы, как кажутся на первый взгляд. Я начинаю думать, что изящество щупалец не есть единственный критерий разума. Положение не из завидных, Сэмиш! А поначалу план казался таким надежным и безопасным…»
Эд Дейли видел поблескивание металла за дверью коттеджа, но выяснять, что к чему, не стал — ему еще слишком хотелось спать.
Он проснулся вскоре после восхода солнца и на цыпочках вышел наружу взглянуть на погоду. Особых надежд она в него не вселила. Всю ночь дождь лил как из ведра, и вода капала с каждого листочка и с каждой ветки близ растущих деревьев. Фургон, на котором он приехал сюда, был полузатоплен, а грунтовая дорога, поднимающаяся по склону горы, погребена под фунтовым слоем грязи.
Друг Эда Тарстон подошел к двери в пижаме, его круглое, безмятежное, как у Будды, лицо раскраснелось от сна.
— Вот всегда так, в первый день отпуска дождь льет, заметил Тарстон. — Закон природы.
— Зато в такую погоду форель хорошо ловится, — сказал Дейли.
— Не спорю. Но еще лучше развести в камине огонь пожарче и попивать горячий маслянистый ром.
Последние одиннадцать лет они проводили короткие осенние отпуска вместе, но по разным причинам.
Дейли питал романтическую любовь к туристскому и охотничьему снаряжению.
Продавцы нью-йоркских магазинов увешивали его высокие, сутулые плечи дорогими парками — такие парки надевают, напав на след будоражащего ученые умы «снежного человека» в каменном сердце Тибета. Ему продавали походные печурки замысловатых конструкций, которым был нипочем любой ураган, и злодейски искривленные ножи из лучшей шведской стали.
Дейли любил бродить с солдатской флягой на боку и вороненой винтовкой через плечо. Во фляге обычно плескался ром, а самыми опасными мишенями для винтовки служили консервные банки. Потому что Дейли, хотя и мечтал об охотничьих подвигах, был человеком дружелюбным и не желал зла животным и птицам.
Его приятель Тарстон был слишком толст и страдал одышкой, он обременял себя лишь самой что ни на есть легонькой удочкой для ловли на муху и самым что ни на есть крошечным дробовичком. Проходила первая неделя, и он ухитрялся перемещать район охоты в Лейк-Плэсид,[1] к милым его сердцу барам с удобными креслами. Там он, используя потрясающие познания в области следов и берлог, безмятежно охотился за хорошенькими отдыхающими девушками вместо того, чтобы преследовать черного или бурого медведя или оленя вапити.
Эти невинные занятия более чем отвечали запросам двух добродушных преуспевающих бизнесменов, которым перевалило за сорок, и они возвращались в город загорелые и окрепшие, с новыми запасами сил и терпимости к своим женам.
— Ром тоже неплохо, — согласился Дейли. — А это что такое? — Он снова заметил поблескивание металла рядом с коттеджем. Тарстон шагнул к блестящему предмету и пнул его ногой.
— Странная штуковина.
Дейли принялся рассматривать пустой решетчатый ящик с основанием площадью примерно четыре квадратных фута, собранных из металлических полос, с крышкой на петлях. На одной из полос четкими буквами было выведено: КАПКАН.
— Где ты купил это? — спросил Тарстон. — Нигде не покупал. — Дейли обнаружил пластмассовый ярлычок, привязанный к одной из полос. Он потянул его к себе и прочел:
«Дорогой друг! Это КАПКАН новейшей конструкции, последнее слово техники. Для ознакомления широкой публики с КАПКАНОМ мы представляем Вам этот образец совершенно бесплатно! Вы по достоинству оцените наш уникальный аппарат, предназначенный для поимки мелкой дичи, если в точности будете следовать инструкции на обороте. Ни пуха ни пера!»
— Ну и ну! — воскликнул Дейли. — Как ты думаешь, эту штуковину могли подбросить сюда ночью?
— Не все ли равно, — пожал плечами Тарстон. — У меня в животе урчит. Давай займемся завтраком.
— Неужели тебе неинтересно?
— Не особенно. Подумаешь, очередная безделица. У тебя таких добрая сотня наберется. И медвежий капкан «Эберкромби и Фитч». И рожок «Бэтлер». И приманка для крокодилов фирмы…
— Я в жизни не видел такого капкана, — задумчиво пробормотал Дейли. — Очень толковая реклама, нет, я не могу уйти просто так, не испытав его.
