– Но хорошенькая. Я всегда знала, что у Рафаила есть вкус.
Стало даже не по себе. В том числе лежать вот так под пристальным вниманием этой шумной семейки.
– Можно нам с Рафаилом поговорить наедине? – попросила уже я.
Меня сразу послушали. Теперь бросилась расцеловывать Раиса Павловна, обещая дать отдохнуть до завтра, долго обнимала и благодарила за внука. И наконец мы с Рафом остались одни.
– Ты видел его? – спросила я первой.
– Да, – ответил и кивнул.
И вроде бы ничего дальше, никаких эмоций. Счастлив ли он, просто рад или испытывает что-то еще? Разве что выглядел несколько растерянным. Раф! Растерянным!
– Рад? – спросила напрямую.
– Рад, – ответил так, что ничего не было понятно.
– По тебе не заметно.
– Я не сильно умею выражать свои эмоции, – признался в том, что я и так знала.
Мало того – испытала на себе в полной мере.
– А что это там было про роспись?
– Это очевидно. Когда окрепнешь, мы поженимся…
Я не сдержала усмешки, как вдруг услышала дальше:
– Это самое логичное, что может следовать после рождения Даниила.
Он назвал сына по имени. По тому имени, которое я для него выбрала. И как дальше с ним ругаться?
– Ты даже не спрашиваешь. И потом, я вообще-то еще замужняя женщина…
– Уже нет, – так просто ответил он.
– Что значит – нет?!
Я удивилась. Я хорошо расслышала его слова. Я даже поверила. А еще глубоко внутри порадовалась, что меня больше ничего не связывает с английским подлецом. Но чтоб вот так!.. Так в стиле Рафаила…
– Но я даже ничего не подписывала…
– Это не важно. У меня отлично получается подделывать чужие подписи. И я сомневаюсь, что ты решишь оспаривать их подлинность.
– Да ты!.. Ты самодур, тиран и деспот! А после знакомства с твоей мамой, я теперь понимаю, в кого ты такой родился…
Но Рафаил не дал мне договорить. Он подошел ближе, привлек к себе и крепко поцеловал в губы, упорно наставая даже при моем сопротивлении, пусть и скудном. Потому что в этом поцелуе я ощутила всю его благодарность. Он никогда не умел говорить словами, но умел говорить делом. Все его эмоции всегда был на кончиках пальцев, в его касаниях. Разве что в этот раз он хоть что-то выдал вслух:
– Спасибо за сына.
– Это мой сын, – напомнила я, чтоб не вздумал забыть.
– Конечно, – на удивление быстро согласился Раф и поправил меня: – Наш. И учти, он будет расти в полноценной семье.
– И кто ее обеспечит? Ни тебе романтического предложения, ни белого платья.
– Платье будет.
Кто бы сомневался. Только вот я все еще помнила его слова о том, для чего нужны жены.
– Нет, не будет. Потому что я не готова к браку с тобой, Рафаил. Только попробуй меня заставить или провернуть за моей спиной. Это подло с твоей стороны…
Раф так на меня посмотрел, будто я превратилась в приведение.
– И что опять начинается?
– Ты мне когда-то сказал, что жена нужна либо для статуса, либо лишь для того, чтобы рожать и воспитывать детей. То есть ты для меня уже определил новое место в своей жизни. Значит – место твоей любовницы будет вакантно. Нет, спасибо! Я на такое не согласна.
– Ты, твою мать, сейчас издеваешься?!
О, Раф разозлился, тоже в своем стиле. Весь нахмурился, из глаз искры.
– К сожалению, нет. Я там уже побывала, поэтому прекрасно знаю, о чем говорю.
Тогда он ткнул пальцем на дверь и произнес:
– Ты видела эту женщину? Если не я, то она заставит тебя выйти за меня замуж. У тебя нет шансов.
– О, так значит, ты это делаешь по прихоти своей матери? Тем более убеждает в том, что любовнице быть.
Но Раф снова удивил. Он не стал на меня орать, не стал продолжать дальше свое давление. Вместо этого в очередной раз сдержался и произнес:
– Все, хватит. Отдыхай и набирайся сил. Поговорим об этом позднее.
А потом развернулся и вышел. А я едва не расплакалась, чувствуя себя крайне уставшей. Говорят, это тоже гормоны, такое обычное состояние после родов. Раф меня просто разозлил. Даже не так – оскорбил. Зная его мир изнутри, его личный мир, роль жены мне теперь казалась самой неприглядной.
***
На следующий день ко мне заехала Эмма, тоже с цветами. И от ее поддержки стало немного теплее. Снова наведалась Раиса Павловна, но была уже более сдержанной и серьезной. Похоже, Раф ее подготовил и кое-что рассказал, исключив Гавра. И Зага, конечно же.
– Так значит, ты была его содержанкой, – сказала она прямо, даже улыбнулась, но не очень радостно.
Она казалась настороженной, но крайне любопытной.
– Да, – согласилась я без стыда.
– Понимаю. Ты очень симпатичная девочка. Рафаил сказал, у тебя не осталось близких?
– Нет. Разве что теперь появился Даниил.
– А здесь ты живешь у Эммы Миллер? Неужели той самой?
– Да.
Вот тут ее глаза слегка загорелись.
– И как вы с ней познакомились?
И вот уже ее интересует моя Эмма гораздо больше, чем мы с Рафом.
– Я участвовала на конкурсе со своей коллекцией одежды в Милане, где в жюри сидела Эмма. Победила, и она позвала меня к себе на стажировку.
– О! Так ты хочешь стать дизайнером?! – оживилась она еще сильнее.
– Планирую.
