– Гм! – прокашлялся декан. – Это меняет дело. Однако прошу зайти ко мне, там и поговорим обо всём. – И джентльменским жестом пригласил нас в свой кабинет. У меня затряслись коленки, но Надя мягко и уверенно взяла меня под локоть, и мы вошли.
– Ну-с, девушки, садитесь! – снова обратился к нам декан. – Анна, так что там за история с террористами?
Я взглянула на Надю, будто ожидая подсказки, но подруга только слегка кивнула, словно говоря: не бойся, смелее, всё получится, это должна сделать ты сама. И я выдавила из себя:
– Они убили моего мужа… А меня усыпили и увезли…
– Что?! – подскочил Семён Петрович. – Ваш муж убит?
– Да… перед Новым Годом…
– Какой ужас! – всплеснул руками декан. – А что говорит милиция?
Я облизнула губы. Кажется, сейчас станет полегче:
– Преступника пока не нашли. Но террористы…
– Да-да, Анна, террористы! Так вас похитили? Что же с вами сделали?
Тут до меня дошло, что ответить придётся так: «Они меня заставили танцевать». Глупее некуда, террористы никогда ещё никого к этому не принуждали. Так как же сказать?
– Они возили меня в разные страны, а в мои вещи подкладывали всякие штуковины, чтобы устраивать теракты, – произнесла я и почувствовала себя крайне глупо. Но если придётся сознаться, что выступала в танцевальных турнирах от имени России – умру на месте.
Надя деликатно кашлянула:
– Аня скромничает. Благодаря ей были сорваны теракты. Самый опасный – в Мангашапуре. Искусственный оползень, который устроили террористы. Возможно, вы уже слышали об этом.
– Что?! – глаза Семёна Петровича напряжённо расширились, словно готовые выпрыгнуть. – Какой кошмар!
– Как видите, Семён Петрович, Аня совершила настоящий подвиг.
Декан шумно вздохнул, покачал головой и произнёс:
– Если так, это, конечно, меняет дело. Но, Анечка, я бы вам порекомендовал взять академический отпуск. Я не уверен, что вам следует сейчас сдавать сессию.
Только теперь до меня дошло, что сейчас время сессии. Вот почему народа в институте немного.
– Семён Петрович, я как раз этого и хочу! – торопливо заверила я. – Всё равно я беременна…
Декан судорожно всплеснул руками:
– Анечка! Так вы беременная прошли через все эти ужасы?!
Я почувствовала, что стремительно краснею. Никто за язык меня не дёргал – сознаваться в своей беременности. Хотя как раз эта причина для академического отпуска самая уважительная.
– Да… – только и смогла пролепетать я.
Семён Петрович шумно вздохнул:
– Анечка, пишите заявление! Конечно, отпуск вы получите. Берегите себя! Пусть у вас всё сложится хорошо и благополучно! Единственное – если сможете, пожалуйста, навещайте нас изредка, чтобы не выбиться из учебной колеи.
Я кивнула. Если честно, после того, как главный вопрос благополучно разрешился, я была непрочь сдать теперь же некоторые экзамены. Но, наверное, говорить об этом преждевременно.
– До свиданья, Семён Петрович!
– До свиданья, Анечка! Берегите себя и своего малыша!
Ещё через пять минут я подала требуемое заявление, получила разрешение и, радостная, обернулась к Наде. Сейчас, когда всё обошлось, мои недавние страхи выглядели даже смешными. Не могли же меня отчислить, в самом деле!
– Куда сейчас поедем?
Надя посмотрела как-то странно, просительно, что ли:
– Анечка! Мы вчера с Любой затеяли экскурсию по Москве, но… в общем…
– Ты хочешь, чтобы мы сегодня тоже устроили экскурсию? – догадалась я.
– Да, пожалуйста! Составь мне компанию! Но в метро я больше ни ногой! Не понимаю, как другие люди ежедневно им пользуются, ужас какой-то!
Ну, и я до недавних пор пользовалась, может, и ещё буду. Наде просто не повезло. Хотя, скорее, не повезло тем скинхедам, которые от неё получили на орехи. Но я её понимаю – неприятно, конечно. Наверное, действительно, не судьба ей возлюбить общественный транспорт, да и нет такой необходимости.
– Наденька, я с удовольствием! А что мне нужно делать?
Надя радостно чмокнула меня в щёку:
– Просто терпеть мою болтовню и фотографировать меня на фоне разных достопримечательностей!
– Ты взяла с собой фотоаппарат?
– Да! Какая жалость, что не догадалась вчера!
Я подумала, что вряд ли ей позволили бы снимать в Кремле, а в метро это было просто ни к чему.
– А куда мы поедем сейчас?
– Ой, не знаю! Вот что: вчера мы были в Кремле, а сегодня давай начнём с Белого Дома!
Я с готовностью кивнула. Сейчас, когда мы разобрались с моими институтскими делами, хоть в Белый Дом, хоть на космодром.
– Наденька, а снимать в Белом Доме нам разрешат?
– Не знаю. В крайнем случае обойдёмся без снимков.
– Надя, а не хочешь для начала сфотографироваться прямо здесь? Это ведь исторический и культурный памятник, бывший дом Петра Еролкина, некогда генерал-губернатора Москвы!
– Ой, ты права! Сделаем!
Она подбежала к машине, взяла фотоаппарат и задумалась, где встать.
– Давай сделаем несколько снимков! – предложила я. – Один – прямо перед входом, другой – чуть издали, чтобы здание было на заднем плане и уместилось в кадр!
– Ага, давай!
