– Ничего дела, – уныло ответил Сёма, прикидывая, чем пахнет разговор. – По истории четыре, по математике три…
– Отчего же так? – усмехнулся собеседник. – Математику надо знать и любить.
– Я люблю математику, только не получается у меня…
– А у меня получается. Давай-ка посчитаем! Агентство «Московская недвижимость» – пятьсот пятьдесят тысяч убытка. Следователь Иванова не довела одно важное дело, не посадила кого следует – триста тысяч баксов убытка. Ну, участковый был дурак, он ни копейки не стоил. Это сколько выходит, а?
– Восемьсот пятьдесят тысяч, – пробормотал Сёма, холодея.
– Во-во! Как расплачиваться-то будешь, а?
– За что? – прохрипел мальчик. Сидящие рядом качки заржали.
– Не, мне этот парень нравится! – ни к кому не обращаясь, заявил собеседник Сёмы. – А ведь верно – кто доказал? А?
– А что тут доказывать? – заговорил «азиат». – Нет у них денег ни черта, отчим запил, квартира стоит гроши.
– И что предлагаешь – закопать нам Сёму?
– Да как скажете, шеф! Скажете закопать – сделаю! – с готовностью ответил «азиат», а мальчик облился холодным потом.
– Как легко ты готов закопать мои восемьсот пятьдесят тысяч! – с упрёком в голосе возразил «шеф». – А вот я иначе посчитаю. Как, Сёма, готов отработать?
– Что? Как отработать? – еле выговорил перепуганный ребёнок. Зубы выбивали барабанную дробь.
– Так и отработать, как умеешь! – хмыкнул «шеф». – Отлично работаешь, парень! Менты на тебя даже не подумали! И я бы не подумал, если бы не прикинул кое-что.
– Чего вы от меня хотите? – спросил мальчик, понемногу успокаиваясь. Он уже понял, куда ветер дует. Ясно, что убивать его «шеф» не собирается. А работа, о которой он говорит… тоже, в общем, ясно какая. Вряд ли труднее, чем то, что довелось в офисе злополучного квартирного агентства.
– Хочу, для начала, чтобы ты у меня всегда был под рукой. На вот, сувенир, мобильничек тебе! – и «шеф» протянул мальчику аппарат. Сёма взял его в руки – и замер: писк моды, с фотографированием и передачей изображений!
– Он должен быть всегда при тебе! – наставительно произнёс «шеф». – Не вздумай звонить с него никому, кроме меня. И тебе на него звонки только от меня будут. Усекаешь?
– Да, – пробормотал Сёма.
– Вот и отлично. Сегодня отдыхай, а завтра после школы за тобой заедет вот он, – «шеф» указал на «азиата». – Поедете на тренировку. Стрелять в живот в упор и резать сонную артерию битым стеклом – неплохо для начала, но надо осваивать технику.
– Меня научат стрелять? – спросил Сёма, замирая – теперь уже от радостного предчувствия.
– И стрелять тоже. Из снайперки, из пистоля, из Калашникова, из гранатомёта. И ножиком работать, и ручками. А главное – никаких следов не оставлять. Чтоб я был последний, кто тебя вычислил. Ясно тебе, малыш?
– Да, – твёрдым голосом ответил Сёма. – Только…
– Хорошо буду тебе платить, не волнуйся, – без труда понял «шеф», что за «только» обеспокоило мальчишку. – В квартире этой вашей дурацкой торчать тебе долго не придётся, нормальную купишь.
– Ясно, – кивнул мальчик. – Извините, а как мне к вам обращаться? «Шеф» как-то… – он замялся.
– Это для него я шеф! – усмехнулся собеседник, пренебрежительно указывая пальцем на «азиата». – А ты можешь называть меня – Бухгалтер.
Вопреки опасениям Ани, сегодня у неё получалось почти всё, чему вчера учил Али, и движения стали быстрее. Пару раз она даже смогла «ранить» тренера. И всё же после получаса тренировки молодая женщина изрядно запыхалась.
– Али, перерыв, пожалуйста! – взмолилась она.
– Хорошо, госпожа, сделаем перерыв, только не садись, а прогуливайся, – кивнул тренер и положил «нож» в сторону.
– А почему плохо садиться? – полюбопытствовала ученица.
– Для сердца нехорошо.
Аня согласно кивнула: отдыхать, медленно шагая по залу, только вначале показалось утомительно, а затем даже понравилось. Минут через десять Аня почувствовала, что пришла в себя.
– Я могу продолжать! – радостно сообщила она.
– Да, госпожа, продолжим. – Женщина потянулась за «ножом», но Али остановил её:
– Нет, сейчас займёмся другим.
– Чем?
– Сейчас узнаешь. Закрой глаза и жди.
Аня покорно зажмурилась и застыла в ожидании. Внезапно кто-то крепко схватил её сзади.
– Ай!
От неожиданности Аня дёрнулась и резко ударила пяткой назад и вниз. Она почувствовала, что попала, рванулась ещё раз, освободилась от захвата и обернулась. Сзади неё стоял Али, он потирал ступню.
– Ой, извини! – сконфуженно пробормотала Аня. – Я нечаянно…
– Нет, ты всё сделала правильно. Именно благодаря этому ты освободилась. Но этого недостаточно.
– Как – недостаточно? – удивилась женщина. В мозгу всплыл вопрос: «Он что, мазохист, хочет, чтобы я ему сломала ногу?»
– Как только ты освободилась от захвата, должна была ударить нападающего коленом в живот и локтем в голову. Но это пустяк, быстро научишься, гораздо важнее другое. Встань так же. На этот раз я нападу иначе.
Аня подчинилась.
– Ай!
Ей вдруг показалось, что она взлетела в воздух. Затем что-то произошло, и она оказалась лежащей на татами, с вывернутыми за спину руками, а колено Али упиралось ей в спину.
– Госпожа, ты поняла свою ошибку?
