— Говорила! Ну точнее намекала… — она чиркнула зажигалкой, от души затянулась дымом. — Помнишь, мы давно смотрели ролик про то, что если мужик просто изменяет, то он не должен целовать любовницу? Потому что это уже проявление чувств якобы, что-то там про привязанности… Вот я ему рассказала про это. Вроде как в шутку, но попросила пообещать, что если у него кто-то появится, то чтобы он… ну… не лез с поцелуями, короче. Он же любит целоваться, Олесь! Мы, когда познакомились, первые две недели оба с опухшими губами ходили, помнишь? — она с какой-то растерянной надеждой заглянула мне в глаза.
— Помню… — беззвучно выдохнула, чувствуя, что не могу сделать вдох. — А он что?
— Да ничего… Пообещал, конечно… — слёзы по её расстроенному лицу заструились дорожками. — Только ему не понравилось это, Олесь! Я прям видела, как он психанул и обиделся, хоть и вида не показал! Я себя знаешь какой дурой в тот момент почувствовала…
Сознание словно уплывало по покачивающимся волнам. Он не целуется, Вера! Правда! Господи, как ей это донести…
— Может, он обиделся потому, что ты его вообще в чём-то заподозрила… — язык с трудом ворочался во рту, в голове хлопьями оседала пыль, словно звенящая пустая тишина медленным снежным саваном постепенно покрывала истерзанную взрывом землю, ибо мозг, кажется, просто перестал воспринимать ситуацию адекватно.
— Может. А может и нет… — Верка уже натурально расплакалась, размазывая остатки туши по щекам. — Вот что им всем не хватает, Олесь?! Что твой бывший… Или этот, Арсений, мать его, с которым ты в том году мутила… Ты же классная тётка, Олеська! А они… — Верка наконец потянулась к бутылке, налила половину чашки вина — бокалы она опять поленилась доставать. — И этот тоже… Веруня то, Веруня сё… А чуть что — поебусь-ка я на стороне… Вот что за блядство, Олесь? Где у них понятия верности, ответственности там… Не знаю чего ещё… — она сделала несколько глотков, поморщилась. — Бр-р-р… Кислое какое-то… Как мы его в прошлый раз пили? Хотя, как раз под настроение, ага..
— Вер, да не сходи с ума раньше времени! — я залепетала так отчаянно, словно только сейчас в полной мере осознала собственное решение врать до конца. — Может, у него работы много было, устал… Я вчера посмотрела на всю эту ребятню, Вер! Это кошмар — шум, гам, все врассыпную… Тут с одним не знаешь как справиться, а там их целая орава… — наверное, таким способом мне хотелось незаметно переменить тему, но, глядя на выражение лица подруги, я поняла, что подобные завуалированные манипуляции сейчас просто бесполезны.
— Вот! Олесь! — Верка даже забыла про сигарету, загораясь нездоровым азартом. — Скажи мне… Он там ни с кем из родительниц не общался… ну… больше чем со всеми? Может, взгляды там какие… Ну ты же понимаешь, да? Это всегда видно, — она со знанием дела покивала головой. — Особенно в самом начале… А я уверена, что они недавно только снюхались — он до этого нормальный же был…
Как-то резко заныли виски, боль мгновенно расползлась по всей голове, затылок стянуло словно тугой резинкой. Мать вашу…
— Да он и сейчас нормальный, Верусь… Ты так говоришь, будто точно знаешь. А на деле это всё не больше, чем твои догадки! — чем дальше я несла всю положенную чушь, тем увереннее и крепче становился мой голос. — У него реально могло что-то случиться, и он просто не хочет тебя расстраивать, поэтому и отдалился. Мы же с тобой столько роликов на эту тему смотрели, и там всегда говорили "не додумывайте то, чего нет на самом деле"!
Смешно, но я сама в каком-то роде верила в то, что говорю. Ведь не может, просто не может у такого человека, как Верка, быть всё именно так… Она не заслужила! Она слишком хорошая для всего этого предательского дерьма… И Адам реально мудак! Ну вот зачем?! Нахрена, спрашивается?! Изменял бы кому угодно, только не ей, не Верке…
— Ой, отстань ты с этой утешающей чушью, Олесь… — подруга обречённо махнула рукой. — Это хорошо смотреть и обсуждать, когда у соседки Машки муж направо и налево гуляет. А вот когда тебя саму подобное касается… Бред это всё, короче, — она снова вытерла ладошками зарёванное лицо, подняла горящие обидой глаза. — А знаешь, что самое стрёмное, Олесь?! Я вот сидела недавно и думала… Вот мы с тобой уже в том возрасте, когда особо не разгуляешься. И бросать мужиков по первому косяку уже вроде страшно — не факт, что следующий лучше будет… — она задумчиво перевела взгляд в окно. — А этот… Он же вроде нормальный мужик, Леська! Не жадный, не злой, не тупой… Его и соседям показать не стыдно, — Верка как-то горько усмехнулась, покачала головой. — Конечно, он со своими недостатками, но кто без них? Я ведь им так гордилась… Думала — повезло наконец-то…
Стушевалась почему-то, впервые осознав тот факт, что я бы тоже таким гордилась… Если бы он был моим, да.
