Вера широко раскрыла глаза и опустилась на пол.
Северцев рванулся было к ней и замер, заметив движение ствола оружия в свою сторону.
– Успокойся, мастер, она просто уснула. Ни к чему ей слушать наши споры. А разговор у нас будет долгий.
– Она ничего не знает.
– Тем лучше. Значит, будет жить. Что ты с ними сделал?
Виктор пошевелил носком туфли плечо седого, не спуская при этом глаз с Олега, потом гиганта-качка.
– Надо же, еще никто никогда так качественно не ронял Ефима. А ведь он известный борец, медали имеет. Но к делу. Сядем поговорим? Только не надо демонстрировать свое мастерство рукопашки, лишь усугубишь свое положение. А то я тебя знаю, начнешь строить планы, выкарабкиваться… Обещаешь?
– Кто ты? – сцепил зубы Северцев.
Виктор поднял с пола синхрон Олега, качнул стволом имплантора, приглашая его сесть.
В квартиру вошли несколько человек, заглянули в гостиную.
– Заберите ребят, – сказал Виктор, не оглядываясь. – Я скоро спущусь.
Противников Северцева с трудом привели в чувство, увели. Виктор и Олег остались одни, если не считать потерявшей сознание Вероники. Олег перенес ее на диван, сел в кресло. Красницкий занял второе кресло, у торшера, опустил пистолет на колено.
– Итак, дружище, начнем знакомиться?
Северцев промолчал, исподволь начиная готовиться к изменению своего незавидного положения.
Казалось, он был готов ко всему, к любым неожиданностям, к самым невероятным поворотам судьбы. Но то, что он услышал от Виктора, не укладывалось в голове. Все знания о времени, о Вселенной, о физических законах после речи Красницкого сразу оказались перевернутыми, и Северцев уже не мог объективно оценивать свой опыт, услышав из уст друга удивительную историю Мироздания, к тайне которой он случайно прикоснулся.
Они сидели в гостиной Веры, пили холодный морс, Виктор говорил, изредка набрасывая на листах бумаги схемы и графики, а Северцев слушал, молчал, пытался разобраться в предлагаемом материале, но больше – в своих ощущениях, и погружался в омут
– Хорошо, – сказал он наконец севшим голосом. – Я понял. Теперь давай обо всем снова, не спеша, по порядку, а я буду задавать вопросы и направлять. Идет?
– Идет, – улыбнулся Виктор, глаза которого ни на миг не утратили мрачной сосредоточенности.
Вера на диване шевельнулась, он поднял было лежащий на столике перед собой пистолет-имплантор, но Северцев загородил женщину грудью.
– Не трогай ее!
Виктор пожевал губами, пребывая в сомнении.
– Опасно, если женщина проснется, как говорил поэт. Она не должна ничего слышать и знать…
– Второй импульс твоей машинки убьет ее или превратит в инвалида до конца дней. Я физик и знаю, как действует на человека электрический разряд.
– Имплантор – не электрошокер, он действует на психику. Мы называем его «просветлителем».
– Еще бы, – хмыкнул Северцев, – он, наверное, так хорошо «просветляет» мозги, что человек после этого перестает помнить свое имя. Нет?
– Кто она тебе? Не жена, не любовница, не подруга – бывшая однокашница.
– Она прежде всего человек. Что с тобой, Витя? Раньше ты так не говорил.
– То было давно и неправда. Что тебе неясно? Задавай вопросы, я буду объяснять. – Виктор положил пистолет перед собой, покосился на медленно приходившую в себя женщину. – Заткни ей уши, что ли.
Северцев поднял Веру на руки, отнес в спальню, уложил на кровать.
– Полежи, не вставай. Все будет хорошо.
– Что… случилось? У меня… голова… кружится…
– Все пройдет, не волнуйся. Усни, если сможешь. Принести воды? Может, чаю сделать?
– Не надо… я полежу… отдохну…
– Позови, если что.
Северцев вернулся в гостиную, мимолетно подумав, что он мог бы попытаться завладеть оружием Виктора. Но время боя еще не пришло. Прежде надо было разобраться в полученной информации.
– Итак, начнем сначала. – Он снова сел в кресло, провел ладонью по лицу. – С ума сойти можно!.. Если бы не синхрон и не мои похождения на «ось S», твой рассказ вполне можно было бы классифицировать как бред.
– Уверяю тебя, это не бред.
– Начинаю соображать.
– С чего начнем?
– Со времени.
– Хорошо, поговорим о времени – в рамках той программы, которая досталась мне.
– Значит, тебя все-таки запрограммировали? Всадили файл с информацией? То есть имплант, если говорить на вашем языке? Кто это сделал? Системники? Те самые монгольские пограничники?
Виктор усмехнулся.
– Ты же хотел услышать рассуждения о времени. Но коль уж задал вопрос… Монгольские пограничники – не системники, это криттеры, выполняющие приказы системников. Их программа проста и линейна – догнать, поймать, захватить, ликвидировать – если требуется. Моя же программа сложней, я подчиняюсь непосредственно триарху СКонС, то есть резиденту, контролирующему свой район или, как мы говорим, мигран-зону. Но ты прав: меня нашли и «всадили» программу, поэтому я в настоящее время…
– Зомби! – вырвалось у Северцева.
Виктор снова усмехнулся, хотя мрачное сосредоточенное выражение его глаз не изменилось.
