– Здравствуйте, Франческо! – протянула ему руку с острыми красными ногтями Тина. – Вы уже отслужили литургию или не знаю, как там называется? – махнула рукой Тина и плюхнулась в кресло, не дожидаясь приглашения. Взгляд ее остановился на мнущейся в дверях Регине, не знавшей, куда деть свои большие руки.
– Проходи, Регина, садись!
– Спасибо, – промямлила та и присела на стул, теперь не зная, куда деть ноги сорок пятого размера.
«А с туфлями-то будет проблема», – подумала Тина, отвлекшись на секунду.
– Почему, Франческо, когда я на вас смотрю, у меня всегда возникает эффект дежавю? – прищурила Тина голубые глаза.
– Даже не знаю, синьорита, – ответил доктор, складывая руки на груди.
– Вот и я не знаю, такое ощущение, что я вас уже когда-то видела… – проговорила Тина и продолжила: – У меня к вам такой вопрос. За мою подругу Катю вам была проплачена приличная сумма?
– Да, это так, я и не скрывал, что было все оплачено.
– И куда же делись наши денежки, а, док? Нехорошо! Пациентка ваша сбежала, а денежки остались, – покачала головой Тина.
– В чем вы меня обвиняете? Я не прикарманивал эти деньги! – покраснел Франческо. – Я думал, ваша Катя, приехав в Россию, сможет вернуть эти деньги через какие-нибудь расчетные счета. Я в этом не разбираюсь, на это у меня есть бухгалтер, а я – служитель Бога и врач.
– Ага! Учитывая развитую бюрократию у нас в стране, Катя вряд ли чего вернет. А если вы такой честный и бескорыстный, докажите это! Вот сидит человек и мучается, он не хочет жить в своем теле. Да, Регина?! – закричала Тина, так как ей показалось, что Регина, устроившаяся на стуле, засыпает.
– А? – вздрогнула Регина и поморщилась от такого пронзительного крика. – Да… конечно.
– Вот и прооперируйте человека за счет средств Кати! – закинула ногу на ногу Кристина и вызывающе посмотрела на Франческо.
О чем он подумал, глядя на ее бедра, было неизвестно. Надо отдать должное Франческо, вывести его из себя, похоже, было невозможно. Добродушное выражение тоже не сходило с лица.
– А что беспокоит вашего, вашу, вашего… – запнулся доктор.
– У меня мужское тело, а душа женщины, – встрепенулась Регина, – вот и избавьте меня от моего главного мужского символа, который мне совсем не нужен, а только вызывает во мне отвращение.
– Это серьезное решение…
– У меня собраны все справки, думаю, долгие пять лет, что я не меняю своего решения, говорят о твердости моего намерения, – заявила Регина, придерживая голову в соломенной шляпке за виски, словно без этого она могла рассыпаться.
– Я не сомневаюсь в искренности вашего решения, – поморщился Франческо, – но вы знаете все трудности послеоперационного периода?
– Я в курсе! – Регина увидела графин с водой, и глаза ее заблестели. – Мне скоро должны были делать операцию в Москве, но раз уж подвернулся такой удачный случай прооперироваться в Италии у такого светилы, я бы не стал возражать. А можно мне попить?
– Сколько угодно, – ответил Франческо и придвинул к ней поднос с графином и стаканами.
Тина пнула его ногой, сделав это изящно, но ощутимо.
– Ну так как, док? Иначе я подниму маленький скандальчик и буду позорить вашу репутацию! И не говорите мне, что я вам угрожаю.
– Вы будете навещать вашу знакомую? – почему-то улыбнулся Франческо.
– Почему бы нет? Я переживаю за Регину! Это моя подруга! – воскликнула Тина, удивляясь, если честно, только тому, что этот чудо-хирург берется за все, ничему не удивляясь и никому не отказывая. Сделать пластическую операцию? Пожалуйста! Заменить кость в ноге? Не вопрос! Поменять пол? Раз плюнуть! Он даже напомнил ей доктора Айболита из детской сказки. К нему звери бежали со всей Африки с разными проблемами, и он всем помогал. Это слегка напрягало. Что называется, если слишком хорошо, то уже плохо, и даже она, Тина, теперь поверила Кате, что с Франческо что-то не чисто. Понять бы, что именно?
– Хорошо, девочки, я положу синьориту Регину на обследование и дня через три-четыре смогу сказать точно, возьмусь я ее оперировать или нет. – Франческо взялся за крест, висящий на груди, словно прося помощи у Всевышнего.
– Вот и славно! – вспорхнула со стула Тина. – Я тебя, Региночка, оставляю в надежных руках. А мне пора на съемочную площадку, сегодня у меня первый рабочий день.
– Вы актриса?
– Мной заменили погибшую Стефанию. Кстати, она все еще у вас?
– Да, у нас в морге… Я думаю, что выбор достойный, – ответил Франческо, задумавшись о чем-то своем.
