– Ты же знаешь, детка, мы всегда оставляем право выбора за тобой, – прокашливается папа. – Но ты должна знать, что я думаю об этом всём, хорошо?
– Конечно…
– Мы с твоей мамой тоже жили на разных континентах, когда познакомились, – да, я, конечно же, в курсе. – И это не просто разные континенты. Это разные миры. Разные жизни, малышка. Непреодолимые трудности… вот, что стояло между нашей любовью, – я сглатываю, потому что боюсь того, что озвучит папа. – Похоже на то, что у вас с Майком, да?
– Да…
– Знаешь, я тоже был не против, чтобы твоя мама навсегда осталась в моём мире. Для меня это был бы самый простой вариант. И она бы даже согласилась… – папа замялся, потому что и сам знает, что мои слова причинят мне боль. – Но я не выбрал самый удобный вариант для себя.
Я всхлипываю.
– Малышка, прости, если…
– Нет, пап, – кручу головой, хоть он и не видит. – Ты прав. Ты очень прав, – тру щеку от слёз. – Я не полечу с ним на Кубу. Даже если это будет конец для нас… я не полечу, – слова дались с трудом. Вырвались сквозь сердечные спазмы. Сдавили горло. – Мне нужно идти. Позже… давай, позже поговорим, хорошо?
С тревогой на душе, но папа отпустил меня. И в этот самый момент двери позади меня хлопнули. От испуга телефон выпал из моих рук. Я обернулась и поняла, что… наследник мафии услышал о моём решении.
И, конечно же, это ударило Кано младшего и по сердцу, и по щеке, и по адекватности… Потому что он в очередной раз решает сделать всё еще хуже:
– Какого хуя, блять, Джессика?!
И знаете, что? Похуй. У меня тоже сносит адекватность до нулевого уровня, потому что я стою вся заплаканная перед ним. Шокированная и оскорблённая. Он унизил желания и мои, и моих родителей. Переступил за черту неуважения. И я должна, что? Принять это всё? Вот так вот молча, да? А потом укатить с ним на Кубу, где он посадит меня в свою золотую мафиозную клетку?!
– Ты не ослышался, – подтверждаю с забитым носом. – Я никуда не полечу, Майк. У меня другие планы.
В груди ком сжимается от боли.
– Охуеть, блять, – рычит парень. – А как же вот это твоё «я уже не смогу без тебя, Майк»?! А???!
Он идёт на меня. Угрожающе, очевидно теряя контроль.
– Я повторюсь, какого хрена, Ди Белл, ты ведёшь себя, как…
Я бью его по щеке раньше, чем он успевает договорить. Сама же от своего удара и вздрагиваю. Майк заткнулся на секунду.
– С такого хрена, Кано, что тебе очевидно похуй не только на желания моих родителей, но и на мои! – кричу на него. – Признайся, тебе же похуй на то, чего хочу я! Да?!
У него кадык от напряжения ходуном ходит.
– Ты всё испортил, Майк! Опять! – бью его в грудь. – Ты что не понимаешь, что так нельзя?! – снова бью. – Ни со мной, ни с кем-либо другим. Нельзя заставить человека бросить всё, что он любит! Оставить всю его жизнь! Все его мечты…
Парень хватает меня за запястья и прижимает к себе. Обдувает мои губы горячим дыханием. Сводит грозно и даже разочарованно брови, а после глухо выдавливает из себя:
– Вот с этого и стоило начать, Ди Белл. С чертовой правды.
– О чём ты? – теряюсь.
– Сама признай, что я для тебя… – сдавливает маты в своей глотке. – …не так много значу, верно? У тебя там целая жизнь. Друзья, родители, мечты, – его губы дрожат, хоть он и пытается скрыть это. – И ты не готова бросить ничто из этого ради меня. Я всё правильно понял?
Мы пялимся друг на друга, как… два барана, что уж.
– Не готова, – выжимаю из себя. – Потому что и ты не готов, Кано.
– Что, прости? – возмущение рвётся из него.
– Ну, конечно, ты ведь считаешь, что у тебя есть прекрасная отмазка, да? Мафия… всякие кодексы там… так принято и прочая ваша мафиозная ересь! – снова взрываюсь я. – И отказаться ты от этого не можешь! А я якобы могу и должна, да? Пожертвовать, черта с два, всем…
Слова бьют его кувалдой по голове, но я не планирую останавливаться.
– Но правда в том, что это ты не готов ничем жертвовать! Нет ничего важнее мафии для тебя! Ты и сам это говорил!
Будущий капо ди капи резко отпускает меня. Психует безмолвно. Похоже хочет что-то разгромить, но вместо это орёт:
– Ты ни хуя не знаешь, Джессика! Думаешь, я ни отчего не отказался ради тебя??!
– Отчего ты отказался, Кано?! – ору ему в ответ. – Даже то, что ты здесь – не твоя заслуга, а твоего отца!
Мне кажется, мы сейчас друг друга раздерём. И мы не делаем это лишь по одной причине – стоит коснуться друг друга и мы… зацелуем свои проклятые рты. Наказывая друг друга и моля о прощении одновременно. Потому что нас накрыло и полезло всё… что цивилизованные люди бы взяли и спокойно решили. И мы это понимаем, поэтому и злимся друг на друга вдвойне.
– Что здесь происходит? – Рик влетает в мою спальню впервые без стука.
Блин, мы наверное весь дом на уши поставили.
– Рик, ничего…
– Я похож на идиота? – злится брат, разглядывая разъярённого Майка и размазанную тушь на моих щеках.
