Денис первый скакнул вперед, ухватил незнакомца за брючины. Я тоже стала помогать, и уже через полминуты мы выдернули из ямы помятого старичка. Уловив запах вина, я подумала: на тебе! в кои-то веки спасла человека — и тот оказался бомж. Но я ошиблась, это был не бомж, а старичок-ветеран. Конечно, тоже немного выпивший, все-таки 9 Мая, но абсолютно не виноватый в том, что улицы города ежегодно вскапывают, как огородные грядки. Это хобби у коммунальщиков такое — копать, когда кругом грязь. А страдают обычные прохожие. Хорошо, хоть воды в ямине не оказалось, а то наш спасенный давно бы захлебнулся. А так мы очистили старичка от земли с глиной, медали с орденами платком обтерли, а после проводили до нужного адреса. Я вела спасенного под левую руку, Денис — под правую, и чувствовалось, как тонкий локоток старика напряженно вздрагивает. Он и к шагу нашему приноравливался, старался выглядеть уверенным, крепким, но я-то ведь видела, как ему это дается! И все пыталась представить, каким он был в тот давний день победы. Неужели молодым, рослым и сильным? И куда же это все ушло-убежало? А еще я вместо него своего папу представила. Лет через двадцать-тридцать. И так мне стало жаль себя, папу, старичка! Я все губы себе искусала. А вот Денис с дедулей неожиданно разговорился — про танки что-то расспрашивал, про толщину брони, про номера частей и полевой почты. Старичок тоже взбодрился. На прощание даже обнял нас и глиной перепачкал. Но было все равно приятно. Я думала: приду и распишу в дневнике про все случившееся — про Дениса, про угодившего в траншею ветерана, про его боевые истории. А получилось совсем иначе. Дома я никому ничего не сказала и в дневнике вывела всего одну фразу: «Сегодня с Денисом спасли человека». Все… Можно сказать, впервые, не выпендривалась. Может, потому что и впрямь сделали что-то стоящее. Кстати, с Денисом после того случая мы стали ближе. И домой он меня часто теперь провожал, и на переменах подходил поболтать. Конечно, отпугивала его тяга ко всему загадочному — к подземельям, к потусторонним голосам, к необъяснимым явлениям, но тут уж Дениса было не переделать. Есть же в мире чудаки, — вот и наш Денис угодил в такое племя. Никто в классе на него не походил. А уж симпатяга Макс в особенности. С ним, кстати, проще было! Никаких тебе чудачеств, никакой чертовщины. При этом внешность дипломата, манеры графа! Да и дураком нашего Макса никто бы не назвал. Учился блестяще, танцевал здорово, а на машине гонял, как какой-нибудь Шумахер. Отец Максу и права обещал выбить раньше положенного. В будущем этот нахал уверял, что купит собственный самолет и станет летать на нем куда вздумается. Мои подруги не сомневались, что так оно все и будет. Поэтому мечтали оказаться в кресле соседнего пилота. Я тоже пару раз воображала себя за штурвалом частного самолета, но, честно сказать, особого восторга не испытывала. Приспичит куда полететь, соглашусь на место обычной пассажирки. Как сейчас, например.
Я покрутила головой, рассматривая «обычных пассажиров». Люди дремали, переговаривались, читали. Иллюминаторов никто не распахивал, и потому было довольно уютно. Урча металлическим желудком, боинг пожирал пространство и топливо. Земли под крыльями не было — одна бесконечная сахарная вата. Я почувствовала, что меня клонит в сон, и, немного посомневавшись, рискнула заглянуть в книжку Всеволода Галльского — прощальный подарок Дениса. Раскрыла как раз на заботливо вложенной закладке.
«..Мы погружаемся в океан, посылаем ракеты в космос, разгоняем до немыслимых скоростей элементарные частицы, однако совершенно не знаем собственной земли. Нефть, газ, металлы — вот все, что нас интересует. Наверное, никто и никогда не обнародует, сколько всевозможных тайников и лабиринтов, древних ходов и катакомб было разрушено при бурении скважин, при строительстве подземных гаражей и сооружении метрополитенов. Пока это не слишком большие глубины, но спелеологам известны сотни пещер, куда человека не пускают таинственные силы. Иногда это чудовищной мощи электромагнитные поля, иногда инфразвуковой фон, иногда вовсе нечто неведомое. Хотите — смейтесь, но я убежден в том, что ниже определенных уровней начинается зона обитания иного разума, иных существ. Можно называть их атлантами, а можно — лемурийцами, не в этом суть. Важно, что мифы о титанах взяты не с потолка. Иногда
Книга захлопнулась в руках. Зачем только Денис принес мне ее? Таскай теперь такую! Если такое начало, что будет дальше? Наверняка, что-нибудь про монстров с вампирами. Смешной дозор, голубой зазор и прочие зомби. Выбрались наружу — и давай мстить…
