Бек, уже не спрашивая, ел вторую конфету. Нет, вот это нормально, да? — подумалось Насте, когда и третья конфета испарилась так же быстро и без разрешения.
— У твоего поклонника хороший вкус, — едва заметно улыбнулся Бек, глядя в хмурые глаза девушки.
— Мой поклонник вообще весьма замечательный человек, — бровь Насти поползла вверх, когда Бек, протянув руку к коробке, застыл.
— Ты знаешь, кто он? — вдруг резко спросил Булат.
— Мне кажется, вас это не должно волновать, — хмыкнула Настя, и, кивнув на коробку, добавила, — Закончили?
Бек наглым образом забрал еще одну конфету и съел ее.
— У твоего парня не все дома, если разрешает работать охранником, — вдруг сказал Бек, запивая съеденные конфеты крепким кофе.
— Вас не должна волновать моя личная жизнь, — напомнила Настя.
— А если волнует? — взгляд карих глаз стал почти черным, — Прочитай записку, Настенька.
Никогда, ни разу за эти две недели Бек не позволял себе такого обращения. Холодное 'Анастасия' — максимум, что произносил мужчина. Исключением стало вчерашнее катание на лошади.
И девушка сама не поняла, но почему-то послушалась Бека.
Вынув конверт из кармана, Настя пробежала глазами по ровным буквам. А дойдя до подписи, которую раньше ее анонимный поклонник не ставил, девушка похолодела, и в душе что-то оборвалось.
Фраза 'Ты прекрасна, Душа моя!', была все на том же месте, а вот короткие три буквы подписи…..
— Не может быть, — потерянно пошептала Настя, глядя на мужчину напротив.
— Почему? — едва заметно улыбнулся мужчина.
— Только не Вы! — почти с мольбой попросила Настена, — И как… Нет! Быть такого не может.
— Почему, Душа моя? — голос звучал глубже, мягче, нежнее. Настя молчала, а Бек поднялся со своего места, — Нам нужно поговорить, Настенька. Поднимемся в мой номер.
У Насти в голове не укладывалось, что чуткий, нарисованный ею романтичный образ принца на белом коне оказался суровым и жестким воротилой. Пусть он и владел белой лошадью, но принцем точно не был, а скорее наоборот, злодеем.
Настя послушно шла следом, буравя взглядом широкую спину мужчины. Около номера он мгновение помедлил, вынимая ключ-карту из кармана. И, распахнув дверь, пропустил девушку вперед. В коридоре остались пара охранников. Ребята из команды Насти заняли привычные места и доложили о готовности Насте по рации.
Дверь тихим щелчком закрылась. Настя наткнулась на карие глаза Булата.
— Зачем? — тихо спросила Настя.
Мужчина в ответ промолчал, только рукой расслабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.
— Посмеяться? — предположила тихо Настя.
Но Бек только ближе шагнул и, преодолевая ее сопротивление, прижал к себе, удерживая рукой за затылок, а второй за спину. Не позволяя отстраниться.
— Мне совсем не до смеха, — тихо проговорил Бек, и следом Настя узнала вкус швейцарского шоколада и жаркого поцелуя. И непонятно, что ей нравилось больше.
Он целовал ее жадно. А она замерла, не дышала, но и не отстранялась, чем радовала Булата.
— Это все неправильно, — наконец, проговорила Настя. Этот мужчина был невыносим. Он страшно злил ее, бесил, но в то же время все эти четырнадцать неполных дней, каждую их минуту она понимала, что он чем-то притягивает ее.
— Только ты так думаешь, — заверил ее мужчина.
— Вы мой клиент, — продолжала искать разумные доводы девушка.
— Плевать, — Бек уже не ограничивался поцелуем в губы, он словно изучал ее лицо руками и ртом, и смотрел так, будто к нему попало что-то невообразимо дорогое для него.
— Мне нет, — возразила девушка, — Моя репутация и профессионализм…
— Не пострадают, — перебил ее Булат, — Настенька, твоей отличной репутации ничего не грозит.
Мужчина замолчал, заставил себя замереть, поглаживая рукой ее затылок.
— Насть, мне нужно уехать, — вдруг вздохнул Бек, — Я вернусь. Обязательно вернусь. Ты ведь не дурочка, ты все понимаешь. Сложила два и два. Верно, девочка?
— Не знаю, — мотнула головой девушка.
— Насть, я уеду, — настойчиво взяв ее лицо в ладони, Бек взглянул в ее глаза, — И скоро вернусь. А ты для себя все решишь. Нет у меня времени, Душа моя, отпуск кончился. Хотел бы остаться, но не могу.
— Значит, конфеты, цветы…. - начала перечислять девушка.
— Вино твое любимое, кулон на твоей шее, — закончил перечислять Бек, — Да, Насть, все от меня. Я счастлив, что ты его носишь, в нем редкий и красивый камень, как ты.
Настя взглянула на кулон, который едва просматривался под строгой рубашкой. Бред, полный бред.
— Настенька, у меня рейс через час, — вздохнул Бек, — Но я вернусь. Вернусь, и мы поговорим.
— Я ничего о вас не знаю, — вновь начала искать доводы Настя.
— Ты наводила обо мне справки, Настенька, — возразил Бек, — Ты все знаешь.
В дверь постучали. А Настя хотела отскочить от мужчины. Но он только, улыбнувшись, вновь поцеловал ее.
— Думай, Насть, — наконец, сказал Бек, — Две недели.
Настя, глубоко вздохнув, задержала дыхание. А потом шумно выдохнула.
— Нет! — резко произнесла девушка, — Это все полный бред! Бред!
Настя отскочила от Бека как можно дальше.
— Я телохранитель, услуги эскорта — не моя прерогатива! — говорила девушка, сжимая ладони в кулак.
