Истинно караджалевский ответ. Если его комедии воспринимались многими как вздор, то, может быть, откровенно юмористический листок вызовет у этих людей более серьезное отношение к писателю? На самом деле высмеивание недостатков общества для Караджале потребность нравственная и художественная. Для того чтобы нарисовать обобщающую картину этого общества, он написал свои комедии. Для того чтобы вести каждодневную борьбу с лицемерием, фальшью и несправедливостью общественной жизни, он решил издавать юмористический журнал.
Караджале считал, что несерьезность — порок, присущий психологии обширного круга людей. Готовый отчаянно преувеличивать всякую мысль, он уверял, что это «национальный порок румын». «…Здесь у нас — ложь, трусость, подлая интрига, разврат, адюльтер — все считается смешными пустяками».
В «Румынском вздоре» ведется постоянная борьба с этим пороком. Уже в первом номере делается попытка расшифровать понятие
«Я. Что нового в газетах, братец?
Он. Вздор!
Я. Что было сегодня в парламенте?
Депутат. Вздор!
Замерзающий нищий. Пожалейте, я умираю с голода.
Человек в шубе. Вздор!
Я. Но ведь господа Икс… Игрек… Зэт… не имеют никаких заслуг, никаких способностей или талантов, дающих им право возглавлять такие учреждения, которые…
Друг
Пациент
Доктор
Торговец книгами. Вот новая, очень интересная книга.
Образованный юноша
Деятель оппозиции. Злоупотребляя властью, некоторые учреждения совершают даже преступления.
Министр. Вздор!
Снова я. Между прочим — вот вышла новая газета.
Публика. Вздор!
Мофт! Мофтурь!!!»
«О мофт! Ты печать и девиз нашего времени, объемлющее слово с пространным содержанием, в тебе удобно размещается бесконечное число понятий: радости и неприятности, заслуги и подлости, вина и наказание, право, долг, чувства, интересы, убеждения, политика, холера, пороки, страдания, нищета, талант и тупость, затмение луны и затмение ума, прошлое, настоящее, будущее — все, все, что мы, современные румыны, называем одним коротким словом: вздор!»
Суета сует, говорил библейский мудрец. Все мофт. все вздор, пустяки, несерьезно, не стоит ни огорчаться, ни бороться, все равно ничего нельзя исправить, говорят караджалевский мофтанжиу.
Караджале был поражен и возмущен с ранней юности несоответствием между словом и делом, между реальностью и вымыслом, между несерьезностью и задачами общественной жизни. Нарастая, проходит это возмущение через всю его жизнь и через все произведения — от литературного дебюта в юмористических листках «Гимпеле» и «Клапонул» до попытки издать через двадцать лет «Румынский вздор». Нужно ли говорить, что за эти годы Караджале все же сильно изменился? Что он теперь уже не фельетонист, обладающий сильно развитым чувством юмора, а художник, видящий глубину жизненных явлений?
Есть еще и другая важная черта, отличающая директора «Мофтул ромын» не только от начинающего литератора, сотрудника «Колючки» и «Каплуна», но и от автора «Бурной ночи» и «Потерянного письма». За последние годы Караджале сблизился с социалистами. По мере охлаждения отношений с «Жунимя» все более тесная дружба связывает его с Доброджану Геря. В товарищи для издания новой газеты он взял журналиста Антона Бакалбаша, известного своим участием в социалистическом движении.
В 1893 году была основана социал-демократическая партия рабочих Румынии. Идеалы нового политического движения были понятны и близки Караджале. Он старался помочь новому движению, выступая с лекциями в бухарестском Рабочем клубе. Сохранился газетный отчет о такой лекции. Она называлась:
8 ней шла речь о природном уме рабочих людей, не имеющих образования, и глупости некоторых обладателей высоких университетских званий. Караджале, разумеется, не отрицает образование — он требует, чтобы оно стало доступным и для простых людей.