– Вот что я вам скажу, девочки, – хитро прищурившись, посмотрел на них Ваг. – Чтобы попытаться вернуть насильно вашего мужа, вам не хватит сил не только ваших, но и всего вашего клана. А-ха-ха-ха, – вдруг заржал он. – Скамма сам сложил для себя погребальный костер. Несмотря на то, что прошло демоны знает сколько лет, даже ребенок знает, что приамы не прощали обид. Никогда. Не зря существует поговорка: «Надоело жить? Иди, ущипни приама».
– Вагард Томкару… – Две пары глаз сестер Хаэрс смотрели на мужчину, как острия копий. – Если ты сейчас же не объяснишь нам, о чем ты здесь треплешься сам с собой, то мы тебя покалечим.
– Ваш муж, подружки, – со снисходительной улыбкой посмотрела на них Банията. – Приам.
– ЧТО? – изумлённый вопль девушек слился воедино, а их взгляды стали скакать со снежной эльфийки на ее брата.
– Молодой, совсем неопытный, не познавший еще и десятой части своей силы и своих возможностей, – кивнул Вагард. – Но он приам. Вашего мужа, девочки, зовут Мат’Эвэй Валод.
– Бят? – сестры перевели взгляд на снежную эльфийку.
– Я почти уверена, – прикрыв глаза, кивнула она.
– Но откуда вы знаете? – озвучила очевидный вопрос Хэльда.
– Это длинная история, – усмехнулся парень.
– А мы никуда не торопимся, – потянулась за кувшином с вином Альтива.
– Тогда слушайте, – подвигая к небольшому низкому столику кресло, сказала Банията и потянулась рукой к бокалу, в который Аль наливала рубиновую жидкость с терпким запахом.
Войны на Абидалии происходят постоянно. Нет такого уголка в нашем мире, где в настоящий момент не текла бы кровь разумных. Большие и маленькие, между странами и внутри одного государства. За независимость и ради денег. Религиозные и идеологические. Война стала потребностью, стала частью нашей жизни.
Но здесь я упомяну лишь о трех из них: Война Тщеславия, Война Ненависти и Война Последнего Передела, которая получила еще одно название – Война Страха.
Сознание Матвея пронзила боль, и он очнулся.
Жив, хоть и ослаб – и это уже хорошо. А вот, сколько он оставался в беспамятстве и куда его продолжает нести демоническая тварь – остается загадкой.
Что есть боль? Боль, как думал Матвей и был не далек от истины в своих размышлениях, – это особое психофизиологическое состояние человека, которое возникает в результате воздействия каких-либо разрушительных или раздражительных факторов на организм: нож в бок, битой по затылку, пропущенный в спарринге или драке хук. Или когда застал свою жену в постели с бывшим другом. Душевная боль – это тоже боль. И является она реакцией мозга на эти самые раздражители.
Приглушать боль парень умел давно. Правда, то, что в этом ему помогает Соратник, а не он сам такой уникум, понял, лишь попав в свой родной, как оказалось, мир, где ему объяснили, что он не совсем человек и имеет в своей голове постояльца. И этот постоялец, попав в родные края, стал развиваться и сливаться с его организмом намного быстрее, чем это было там, на Земле, укрепляя и совершенствуя тело и разум Матвея.
Так вот, это чудо-юдо, что живет у него за прочной лобной костью, могло не просто купировать какую-то там боль, но было в состоянии на время вообще отключить часть мозга. Именно это Соратник и сделал совсем недавно для его восстановления, когда Матвей Хантов чуть не забрызгал своим серым веществом безымянный железнодорожный тоннель в далекой теперь России.
Поэтому выполнив свое предназначение по приведению парня в чувство, боль была тут же укрощена: ее посадили на короткий поводок и надели намордник, а Матвей, болтаясь в когтях твари, словно марионетка, у которой от управляющих нитей в целости и сохранности осталась лишь парочка, постарался провести ревизию своего тела. Его целостность, а также работо– и боеспособность.
