— Что привело к нам такую шикарную, крепкую и здоровую девчонку? — поинтересовался один из них, пыхтя трубкой. — Неужели беременная?
— Если так, то сразу бери папашу за горло, и тащи на венчание, — посоветовал второй. — Иначе потом его днем с огнем не найдешь.
— Со мной, хвала бычьим яйцам, все нормально, — отмахнулась ковбойша. — Но у моего знакомого небольшие проблемы со здоровьем. Можете его у себя подержать некоторое время?
— Пуля в животе, или нож в груди? — поинтересовался первый лекарь.
— Не то, ни другое. Эй, дружище гном, тащи нашего друга.
В узкой полоске света (ее образовывали два мутных, криво висевших на дверях больницы фонаря) появился Даэррин. Могуче крякнув, он положил на землю бесчувственное тело Богданова. Лекари посмотрели… и дружно затянулись трубками.
— Оставляй, — сказал второй. — Ничего не обещаем, но пару часов еще поживет.
— Точно выживет? — спросил Даэррин с легким беспокойством. — Мы его хотим через несколько дней забрать.
— Бутылка виски на каждого, и через несколько дней будет ваш обожженный красавец огурцом, — пообещал первый лекарь. — У нас, в Техасе, все большое, и техномагическая медицина тоже на уровне. Чай, не пустыня.
От ЭйДжей не укрылось, что при ее появлении лекари едва заметно напряглись, и почти также незаметно переглянулись. Пока гном разговаривал с лекарями, она отступила к повозке, и положила руку на пояс.
— Ладно, пойду, санитару скажу, чтобы койку приготовил, — один из лекарей поднялся на ноги, выбил трубку об камень, и направился к дверям больницы. Второй, наоборот, затянулся, и посмотрел на небо.
— Светает. Интересно, который час уже, а? — задумчиво спросил он, и сунул руку под куртку. В тот же миг ЭйДжей сделала неуловимое движение правой кистью.
Словно змея, повинующаяся заклинателю, лассо мягко скользнуло в траву. Лекарь не успел вытащить спрятанный под курткой боевой техномагический артефакт — лассо взвилось в воздух, опустилось ему на голову, скользнуло ниже, к шее, и крепко затянулось. ЭйДжей дернула рукой — сильный рывок, ноги лекаря буквально оторвались от земли, и он рухнул на хлипкую деревянную ограду, построенную вокруг больницы.
Второй лекарь, обернувшись через плечо, сделал прыжок, и скрылся внутри больницы, заперев за собой дверь. Даээрин ринулся было вперед, но ковбойша его опередила. Мощным ударом тяжелого сапога она выбила замок, и распахнула дверь. Склонившись над столом, лекарь доставал из ящика наручный коммуникатор. Лассо снова пришло в движение — затянулось вокруг ног человека, и дернуло. Лекарь треснулся головой об поверхность стола, свалился на пол, и затих.
— Как это делаешь? — поинтересовался гном.
— У каждого в «Ночном Рейде» есть свое оружие, — ковбойша пошевелила пальцами — лассо послушно свернулось кольцом. — В нити вплетены особые чары, которые заставляют лассо повиноваться моим мысленным приказам. А специальный чип, который мне вживили в ладонь, позволяет мне управлять этими чарами, хоть у меня и нет магических способностей.
Санитара они нашли безмятежно дрыхнувшим, бесцеремонно растолкали, и, пригрозив оружием, приказали сначала запереть лекарей в чулане, а потом позаботиться о раненом Богданове. Повозку загнали на задний двор больницы, лошадей распрягли и отпустили пастись, а сами ковбойша и гном прошли к стоящей в отдалении от больницы крошечной одноэтажной хибаре — городскому моргу. Несмотря на невзрачный вид, внутри было на удивление чисто и стерильно. Даэррин сел за стол, и сложил руки, ковбойша последовала его примеру, бесцеремонно закинула на столешницу тяжелые сапоги, и сжала в ладони револьвер.
Прошло несколько минут.
Дверь тихо скрипнула, и отворилась. На пороге стоял высокий, седовласый человек, пустой левый рукав куртки был привязан к поясу ремнем. Это был тот самый человек, с которым Казимир и Богданов разговаривали в караханской закусочной, агент магистра Красавчика, боевой маг, работающий под псевдонимом Сыч….
(
