«Карась» – сборник историй о появлении в семье питомцев и происшествиях, связанных с этим, – забавных, а порой и немного грустных.Йоркширский терьер по имени Дайна знает главные секреты общения. Знакомство с ней и другими героями – маленький шаг в большой мир дружбы.В детских сказках часто встречаются говорящие животные. В этой же книге они беседуют с нами на языке чувств. Мы узнаём об их характере, трудностях, светлых порывах! Авторы всё сочинили? Или они умеют читать мысли братьев наших меньших? Эту тайну откроют нам сами истории.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Андрей Сазонов родился в 1977 г. в Обнинске. Окончил лицей № 19. После службы в армии работал в Москве по строительной специальности.
2000–2015 гг. – предприниматель, в настоящее время – руководитель музыкальной группы «Южные ветры».
Вот и поселилась Дайна с хозяевами в Черногории, в городке Херцег-Нови. Вначале ей нравилось: море лазурное, плитки на тротуарах и камни на парапетах тёплые белые, чуть розоватые. Всё морем отмытое, чистое-чистое. Каждая плитка немного солёная – хоть облизывай, – потому что ветер тоже солёный. Запахи новые, незнакомые. Только вот наскучило быстро, ведь дома у Дайны был большой огород на краю деревни: гуляй весь день – всё не обойдёшь. А здесь на прогулку вышел вдоль набережной и идёшь сначала в одну сторону несколько километров, потом назад столько же. Хозяева говорят, что море всегда разное. И действительно: спрячется солнце, облака набегут – и сразу всё изменится вокруг, а выглянет – и снова заискрится вода, солнечными зайчиками заиграет. Другие собаки рядом с хозяевами вышагивают по набережной, им-то невдомёк, какой у Дайны дома огород остался.
Все вежливые: подойдут, понюхают и дальше пошли. Один шпиц-померанец только Дайну облаял, и то потом оказалось – земляк, тоже из России приехал. Речь отовсюду слышна непонятная, море огромное, а Дайна совсем маленькая. Загрустила она. Кажется, вот-вот эти солнечные зайчики из моря выпрыгнут и понесутся за Дайной, как кошки, которые бегают здесь за ней. И она уже не раз спасалась от них на руках у хозяина. А на днях убегали вместе с хозяевами от компании совсем маленьких котят, которые на Дайну напасть хотели: фыркали, шипели. Еле спаслись.
Наблюдает Дайна с балкона за улицей, смотрит на море, а оно то станет глубоким, совсем серым, то потемнеет, отражая налетевшие тучи, то как будто с молоком смешается. Днём вспыхнет вдруг зеленью изумрудов, когда вода с полудня иридирует в солнечных лучах. Сверкает это море, отражаясь в глазах Дайны, и становится вдруг маленьким, помещаясь там целиком.
Теперь её узнают на улицах. Автомобилисты останавливаются, чтобы попросить телефон у хозяев и записаться на щенка. Теперь море уже не кажется Дайне таким большим и холодным. Она думает, что все эти люди пришли на набережную, чтобы увидеть её, Дайну. И подходит то к одному, то к другому, чтобы все могли погладить её.
Вот как-то вечером вышла она с хозяевами на прогулку. Было уже совсем поздно, и небо стало тёмно-синим, а море почти растворилось в густых вечерних красках. Берег совершенно опустел, и слышно только, как у парапета неподалёку от того места, где проходил их маршрут, о чём-то громко ссорились на незнакомом языке юноша и девушка да тихонько плескалась вода. Дайна, которая до того момента трусила рядом с хозяевами, вдруг немного замедлила свой бег, приостановилась, потом сорвалась с места и подбежала к спорящим, облаяв девушку своим густым строгим голосом. Та, испугавшись, вмиг умолкла и запрыгнула в страхе на руки к парню. Когда хозяева подошли, чтобы забрать Дайну, парень с девушкой уже смеялись, совсем забыв о ссоре, а Дайна побежала дальше. Может быть, ещё где-нибудь её помощь нужна?
– Двадцать пять, двадцать шесть… – считал Петар розовые плитки на набережной, возвращаясь из школы домой.
Солнце так припекало, что он намочил рубашку и повязал её на голову. Кепку мальчик забыл дома, когда утром спешил на занятия.
– Двадцать семь, двадцать восемь…
Он давно знал число плиток на каждом изгибе набережной и считал их машинально, чтоб веселей было идти домой. Солнце как в тысяче зеркал отражалось в водах бухты, и эти обжигающие блики ни секунды не оставались спокойными. Они растекались по волнам, точно плазменные протуберанцы. Но кто это сидит у камней и смотрит на него, Петара?
Открылась и снова закрылась со звоном металлическая дверь, пропустив на ступени из белого камня черноволосого мальчика. За ним следом шёл небольшой пёс с белой спутанной длинной шерстью. Местами она была грязная и сильно свалялась. Видно было, что последнее время он вёл бродячий образ жизни. Пёс неуверенно семенил за мальчиком. Пройдя по каменной дорожке через заросший гранатом и кактусами дворик, они предстали перед глазами матери мальчика, обрезавшей горшочные цветы. Их ветви разрослись и мешали проходу. Оставив работу, она пошла в дом за обедом для щенка. Закрытые неплотно двери тотчас снова распахнулись, выпустив двух собак. Это были терьеры: один постарше – Ричи, другой помоложе – Барни. Ричи зарычал, готовый наброситься на незнакомую собаку, но мальчик загородил её собой. Барни наблюдал в стороне. Наконец показалась в дверях мама с миской в руках. Она отогнала Ричи, и щенок мгновенно опустошил тарелку.
– Возьмём его? – спросил Петар. Мама обняла сына.
– Конечно, возьмём, – сказала она.
