Она смотрела на меня, а сама что-то лихорадочно соображала. Я ей не мешал.
— Теперь слушай сюда: земли Куракину я продам, обещаю. И мне не нужна будет твоя «закорючка», понял? Всё практически решено, мы скоро подпишем договор без тебя.
— Посмотрим, — сказал я, вглядываясь в её красные глаза. Моё спокойствие её бесило. Она рвала и метала.
— ДА! — закричала она как ребёнок и вылупилась на меня, сжимая ладони в кулаки. Выглядела она не угрожающе, скорее смешно. Если честно, её угроза была реальной, и мне придётся как можно быстрее это решать.
— Мария Фёдоровна, я вам так скажу: никакую землю вы точно не получите, зарубите это себе на носу, и даже не старайтесь — не получится. Я бы на вашем месте лучше думал, где вам найти столько денег, потому что ваш долг, как сказал мне господин Куракин, растёт.
— Да как ты смеешь! Не забывай, я твой опекун!
— Я это уже слышал, не надо мне сто раз повторять, — проговорил я и пошёл в сторону кладовой. Разговаривать с Марией Фёдоровной не было ни настроения, ни времени. Поэтому я оставил её одну со своей злостью, психами и ненавистью.
Она ругалась, топала ногами и угрожала мне. Но мне было некогда. Я нашёл отцовский тайник. Тётка проводила меня озлобленным взглядом, который я, впрочем, не видел.
Мой взгляд устремился к двери, за которой находилась кладовка. Не теряя времени, я дёрнул ручку.
Передо мной открылось небольшое помещение, заваленное различным хламом. Пришлось покопаться, разгребая завалы. Помимо различных леек и лопат, я нашёл нужную мне вещь — молоток. Крепко держа его в руках, отправился наверх, в отцовский кабинет.
Тётка к этому времени ушла к себе в спальню, наверняка придумывает план. Пусть думает, ей полезно. Я тем временем вернулся в кабинет и закрыл за собой дверь.
Теперь я остался один на один с плиткой. Со всей силы ударил по ней молотком. Всё прошло как по маслу. Глухой звук — и плитка раскололась. Её осколки упали в полость, где я нашёл спрятанную синюю папку.
Моим кладом оказались документы, покрытые пылью и осколками разбитой плитки. Я достал папку, которую отец почему-то решил так тщательно спрятать от лишних глаз.
Протерев руками пыль с папки, я развязал её, и передо мной появились документы — а точнее, заключение о земле. Это меня больше всего удивило. Зачем отцу прятать заключение о земле?
Дьявол, как говорится, кроется в деталях. Я стал вытаскивать документы из папки один за другим и внимательно их читать. Было интересно, что за заключение.
Пролистывая документ, я нашёл в конце вывод комиссии по моей земле и офигел.
Дьявол кроется в деталях. Я вынимал документы из папки один за другим, внимательно читая каждый. Меня интересовало заключение. Пролистав несколько листов, я нашёл вывод: местонахождение ископаемой руды ложно.
Руда, из которой изготовлены артефакты, присутствует, но в незначительном количестве. Куракин, должно быть, «обрадуется», узнав, что в земле нет нужной ему руды.
Внимательно изучая документы, я обнаружил на одном из листов интересную заметку: существует подозрение на наличие чёрного минерала, используемого для создания чёрного артефакта.
В голове зацепилась мысль: «Чёрный артефакт? Что это?» Ладно, читаю дальше.
На отдельном листе написано, что в земле, возможно, содержится большое количество чёрного минерала, и требуется дальнейшее изучение, а именно проведение работ для получения более подробной информации.
Я откинул все бумаги. Руда, которая так сильно нужна Куракину, в моей земле нет. Есть только подозрение на чёрный минерал.
Вообще, нужно узнать, что это такое и почему у него такое название — «чёрный артефакт».
Что меня удовлетворяло: становилось понятно, что земли, в которые так сильно хочет вложиться Куракин, не содержат нужной ему руды, и все его схемы, которые он хочет провернуть с моей тетушкой, бесполезны.
Осталось понять, что такое чёрный артефакт, и разобраться с ним. Может, он тоже нужен Куракину, и тогда моя выигрышная позиция пойдёт по швам. Чего больше всего мне не хотелось. Тут надо подойти с умом.
Молодец тот кто составлял заключение на землю, всю информацию про черный минерал он вынес на отдельный лист. Это означало, что если я уберу примечание, никто не догадается, что в этом заключение было хоть упоминание про черный минерал.
Я собрал бумаги и посмотрел по сторонам. Моё открытие надо было спрятать от посторонних взглядов. Тетушке пока знать не следовало о моём открытии. Да, моя находка полностью переворачивала ситуацию. Если Куракин узнает об этих документах…
Мне сильно хочется посмотреть на его лицо. Сколько в нём будет злости и ненависти, когда он поймёт, что моя тётя с дядей всё это время водили его за нос! Мне кажется, Куракин — один из тех людей, которые не любят, когда их кто-то пытается обмануть, особенно в деньгах.
Куракин готов удавиться за каждую монету, настолько он жаден.
Я улыбнулся и, схватив бумаги, посмотрел на стол. Его надо подвинуть и закрыть образовавшуюся дыру. Это не составило мне труда: я начал двигать стол, который со скрипом и нежеланием передвинулся, закрыв дыру.
