Хм, интересно, а почему тогда тут всего лишь семь человек, один из которых Никитин? Эти шесть и есть самые влиятельные аристократы города? Что ж, сейчас посмотрим, вчерашний доклад Виктора я прочитал очень внимательно, а так как там были фотографии глав родов, то сейчас я пойму, кто передо мной. Ага, вот этого борова я вчера точно видел, барон Моисеев, держит несколько ювелирных магазинов, но, по слухам, это всего лишь прикрытие для его торговли золотом. Наглый, жирный, мерзкий — вот что я мог сказать про него после вчерашнего знакомства с его досье. Следующий у нас был барон Арсенов, этот уже получше. У него обширные земли, он выращивает хлеб, имеет несколько мельниц, на первый взгляд самый обычный аристократ, который не хватает звёзд с неба, хотя это не совсем так. В молодости барон был тем ещё авантюристом, он участвовал в четырёх родовых войнах и во всех победил, именно за счёт проигравших он настолько расширил свои земли. Дальше шли Мальцов с Нечаевым, эта парочка держалась друг друга, скоро должна состояться свадьба между сыном Нечаева и дочерью Мальцова, первый зарабатывает на железе, у него небольшой завод, второй производит мебель. Ну и последние два барона, Пашков и Розен. Про эту парочку, пожалуй, было интереснее всего читать, скорее всего удара нужно ждать именно от них, так как они работают на церковь, причём делают это тайно.
— Добрый день, господа, — широко улыбнувшись, я шагнул вперёд, — как же я рад, что мы наконец-то с вами познакомимся, — первым делом я подошёл к Никитину и пожал ему руку, после чего сделал то же самое по отношению к другим.
Несколько раз я ловил на себе недоуменные и даже, можно сказать, презрительные взгляды, но так было надо. Пусть они поверят в то, что я обычный парень, который не знает, что делать, так будет даже проще. Сев на место с гербом моего рода, я уставился на них, ожидая начала диалога.
— Добрый день, княжич, — первым взял слово Никитин, — рад вас видеть на ежемесячном собрании дворян города Белозёрск.
— Барон, можно вопрос, — прервав Никитина, я улыбнулся, — почему так много свободных мест за этим столом? Или же в Белозёрске дворянами считаются только бароны? А как же обычные аристократы? Разве у них нет права голоса? — Я старательно косил под дурачка, вот только Никитин не повелся на это. Барон улыбнулся и глянул на остальных. Пашков явно был готов сорваться, но Розен его остановил, что-то прошептав на ухо.
— Ваши вопросы понятны, княжич, вы у нас впервые, поэтому многого не знаете, — Никитин покачал головой, — что ж, отвечу по порядку. За столом все места принадлежат аристократам Белозёрска, на ежемесячных собраниях мы собираемся усечённым составом, не у всех есть свободное время, и дело тут вовсе не в титуле, — глаза Никитина сверкнули, — через полтора месяца нас ждёт очередное годовое собрание, думаю, тогда вы увидите, что мы никого не ущемляем, и в решении по-настоящему важных вопросов принимают участие все.
— Что ж, спасибо за ответ, барон, — я кивнул, — тогда я готов слушать, как вы заметили, я здесь впервые и пока ничего не понимаю, — покосившись на парочку, что прислуживала церковникам, я не удержался от ухмылки, — однако я пытался, пока что не получилось.
— Неудивительно, — ядовито заметил Пашков, — ты слишком молод, княжич, для того чтобы понимать многие вещи. К сожалению, твой отец не смог сохранить жизнь, он был бы куда предпочтительнее для нас в этом кресле.
— Я бы тоже от этого не отказался, — спокойно ответил я на выпад барона, — но моего отца нет, он погиб, защищая родной дом и свой род. А вы, барон, готовы защищать свой род в случае напасти?
— Это угроза, Меншиков? — Пашков мгновенно забыл про приличия и, вскочив на ноги, окутался покровом, — думаешь, более высокий титул тебя защитит?
— Это был вопрос, барон, — я покачал головой, — выдохните, а то скоро пар из ушей повалит, — усмехнувшись, я незаметно для остальных подмигнул Никитину, — а вообще, вам не кажется, что обращаться ко мне по фамилии у вас нет никакого права? Мы с вами находимся на разных уровнях, это вы к своему дружку Розену можете так обращаться, а ко мне нет.
— Княжич, это оскорбление, — Розен довольно улыбнулся, — я не давал вам повода так говорить.
— Полно вам, бароны, — я хмыкнул, — кто хочет быть первым? Сделаем всё на дуэли, красиво, чтобы ни у кого не было возможности потом придраться, что скажете?
— Что тут происходит, господа? — Муравьёв не выдержал, — ваша светлость, о чём это вы?
— Всё просто, господин Муравьёв, кое-кто тут решил, что убить меня — это хорошая идея, — я покачал головой, — не стоит вмешиваться, лучшим решением будет для вас — это выступить в роли независимого наблюдателя, тем более что вам в любом случае придётся направить отчёт императорской канцелярии.
— Меншиков, ты настолько уверен в своих силах? — Пашков и не думал спорить с моими словами, Нечаев же что-то заподозрил, но пути назад уже не было, поэтому он просто молча поддерживал своего дружка.
