Автомобиль мэра спокойно заехал на территорию особняка, а вот церковников они в очередной раз не пустили. Виктор правильно понял мои намеки и поставил у ворот тех людей, что не сильно были подвержены вере, поэтому ребята хоть и смотрели на настоятеля с некой опаской, но никакого почтения они точно не испытывали, чему я был несказанно рад.
Автомобиль мэра остановился, и наконец-то я увидел Муравьева. Выйдя из автомобиля, он посмотрел в мою сторону извиняющимся взглядом, но первым делом все же пошел к старику-настоятелю. Несколько минут он о чем-то там разговаривал, после чего вернулся ко мне.
— Добрый день, ваша светлость, — Муравьев склонил голову в коротком поклоне, — жаль, что нам приходится встречаться в таких условиях.
— Бросьте, господин мэр, ничего страшного ведь не произошло, — я усмехнулся, — уважаемому настоятелю, видимо, приснился плохой сон, потому что никакой ереси в моем доме быть не может. Я вообще не понимаю, что он вкладывает в это слово, что такого он хочет обнаружить в моем доме?
— Настоятель сказал, что на территории Белозерска появился очень опасный фолиант с запретными знаниями, — Муравьев поморщился, — понятия не имею, что там за знания, я, конечно, периодически слышал о таких вот книгах, но ни одной лично не видел и не представляю, что там внутри.
— И поэтому он хочет получить доступ в мой дом? — я сделал вид, что удивлен, — господин мэр, а вам не кажется, что это очень надуманный предлог? У меня в особняке есть места, куда я не готов пускать церковников ни при каких обстоятельствах. И мне плевать, если начнется война, род превыше всего!
— Я постараюсь донести это до настоятеля, — мэр кивнул и вновь пошел к настоятелю.
Там прошел очередной раунд переговоров, после чего мэр снова подошел ко мне. Настоятель согласился, но при условии, что места, которые не смогут осмотреть его послушники, осмотрит лично мэр. Я согласился, в конце концов я просто заставлю Муравьева дать клятву, что он никому не расскажет об источнике, и пусть спокойно ходит по подвалу, тот самый тайник ему все равно не обнаружить, без магии это сделать нельзя, а у Муравьева этой самой магии нет. Да и если бы была, эманации источника слишком сильны и глушат там все.
— Ну что, удалось что-нибудь найти? — я уставился на старика насмешливым взглядом.
— В доме ничего нет, — скрипнув зубами, произнес он, — однако это ничего не значит, — он достал из кармана артефакт в форме глаза, заключенный в треугольнике, и показал его мэру, — смотрите, глаз светится, а значит, тут использовали запрещенную магию! — на его губах появилась торжествующая улыбка, — а значит, мне придется задержать тебя, юноша, и допросить с использованием силы веры!
После его слов Алиса охнула и чуть не свалилась в обморок, Виктор начал поднимать свое оружие, а в глазах дяди Степы промелькнул ужас.
— Задержать? — я покачал головой, — боюсь, это вам не под силу. Можете попробовать, но тогда белозерский храм лишится настоятеля.
— Ты уже второй угрожаешь церкви, — прошипел настоятель, — это явный признак ереси!
— Это признак нетерпимости к твоему идиотизму, старик, — я зажег на ладони небольшой огненный шар, — не глупи, ты в моем доме, тут я хозяин, и я решаю, что и как делать. Что ж, если ты хочешь допросить меня, я не против, но когда я решу, что у меня есть свободное время, приехать в твой храм. Другого предложения не будет, старик, так что решай.
— Я подниму против тебя весь город, сопляк! — на мгновение настоятель показал свое настоящее лицо, — твой допрос будет прилюдным, пусть честные жители Белозерска видят, кого пригрели на своей груди! — после этих слов он подал знак своим послушникам, и они покинули дом. А вот мэр остался, Муравьев глянул на меня ничего не понимающим взглядом, до него явно не доходил смысл моих действий.
— Господин мэр, езжайте в администрацию, я хочу, чтобы вы поговорили со всеми людьми, которые представляют императора в этом городе, — на моем лице появилась довольная улыбка, — завтра днем я буду готов предоставить на суд доказательства того, что настоятель Белозерска — преступник.
— Вы уверены, княжич? — Муравьев нахмурился, — я понимаю, что настоятель выдвинул против вас серьезное обвинение, но это не повод делать то же самое.
— Более чем, — я кивнул, — соберите всех, но у меня есть одна просьба. Никому ничего конкретного не нужно говорить до завтрашнего дня. Я хочу устроить небольшой сюрприз нашему настоятелю, а то вдруг он решит убежать из города, нам же это не надо? — Видя, что мэр сомневался, я поманил его к себе, и когда тот склонился, прошептал: — Половина того, что мы найдем, отойдет лично тебе, Муравьев.
— Договорились, ваша светлость, — на лице мэра появилась улыбка, — я сделаю всё как надо.
— Вот и хорошо, — я пожал руку Муравьеву и, проводив его к автомобилю, вернулся в дом.
