После школы он вернулся домой и тайком взял с общей кухни чей-то столовый нож. Долго и очень внимательно рассматривал тонкое, сверкающее в лучах солнца, лезвие. Было что-то завораживающе прекрасное в этом куске металла, способном прервать любую человеческую жизнь. Сжимая рукоять ножа, он представлял как острая сталь пронзает чужое, упругое, но все-таки такое нежное и податливое тело, и чувствовал странное, никогда ранее не испытанное им, тихим мальчиком из скромной семьи, возбуждение.
Второй важный урок - о силе и влиянии денег - он получил, когда учился в шестом классе. К очередной годовщине Октября власть решила продемонстрировать свою заботу о трудящихся, и его отцу наконец-то вручили в райисполкоме ордер на новенькую трехкомнатную квартиру почти в самом центре небольшого подмосковного городка. Как они радовались! В новом доме еще только завершались отделочные работы, а они уже всей семьей бегали смотреть свою будущую жилплощадь, прикидывали, какую мебель придется купить, что и где поставить в казавшихся огромными комнатах. И мама, светясь от счастья, говорила, что у них с братом будет теперь своя - своя! - отдельная комната.
Счастье их семьи длилось почти две недели. А потом отца снова вызвали в исполком и чиновник из жилотдела, почему-то избегая смотреть посетителю в глаза, попросил вернуть ордер. Произошла, мол, накладочка, путаница в бумагах, и ордер на квартиру их семье дали ошибочно. Переехать в квартиру должна совсем другая семья, а их очередь подойдет только через полгода. Или через год.
Когда он вернулся из школы, отец сидел за столом в самом углу их маленькой комнаты, и пьяно уронив голову на руки, срывающимся голосом рассказывал матери, как и почему у них отобрали квартиру. Бледная и осунувшаяся мама присела рядом с отцом на самодельном деревянном стульчике. По лицу ее медленно катились серебристые бусинки слез.
Сначала он не мог поверить. Несколько дней он ждал, что все прояснится, справедливость восторжествует, и их семья все-таки переедет в новую квартиру. После уроков, почти каждый день, он бежал к тому дому и во все глаза смотрел на новенькие двери в подъездах, весело блестевшие на солнце стекла окон и свежие, только что побеленные в нежно-оранжевый цвет стены. И никак не мог поверить, что это уже не его дом.
