— Приветствую, уважаемый, — дрессировщик радушно улыбался трактирщику. — Не хочешь ли приобрести наикрепчайший напиток. У местных он наверняка будет пользоваться популярностью, — парень потряс перед собой сосудом.
— И что это? — без особого энтузиазма ответил собеседник, протирая стойку.
— Эль настоящих огров!
Трактирщик скривил лицо и тяжело вздохнул.
— Если это хорошая штука, то выпей, — пустая пиала тут же оказалась на стойке. — Я не буду покупать невесть что.
Такой поворот оказался для Калдора неожиданным. Он в нерешительности смотрел на бурдюк.
— Пить собственный товар не в моих правилах, — скорпион улыбнулся и подошел к ближайшему столику, за которым уныло сидел местный забулдыга. — Но я докажу, что напиток качественный. Эй, уважаемый, — он плеснул из бурдюка в пиалу сидящего за столом, — отведай новый ассортимент. Настоящий эль огров!
Пьяница поднял на дрессировщика красные глаза, которые тут же наполнились благодарностью. Он что-то прохрипел, пытаясь выразить почтение и опрокинул содержимое в горло. Проглотив все одним глотком, забулдыга громко икнул.
— Вот видишь! — Калдор с довольным видом указывал рукой на испытуемого. — Я же говорил, что это не выпивка, а настоящее чудо. Отдам бурдюк всего за пять медяков. Но для тебя, уважаемый, есть специальное предложение, если возьмешь сразу две бочки, то цена всего восемь серебряных монет.
У дрессировщика в запасе еще имелось несколько приемчиков и фраз. Он почти не сомневался, что трактирщик купит отвратительное пойло, но испытуемый неожиданно захирел. Пьяницу вырвало кровью, перемешанной с остатками непереваренной лепешки, что тот съел меньше часа назад. После этого послышался громкий выход газов из заднего прохода бедолаги, а штаны окрасились кроваво-фекальными массами.
— Ой… — Калдор растерянно пожал плечами, когда обмякшее тело грохнуло на пол.
Посетители зажали носы, пытаясь укрыться от едких зловоний. Один из них подошел к упавшему и морщась проверил наличие дыхания. После поднялся и помотал головой.
— Убийца! — завопил во весь голос трактирщик.
— Душегуб! Стра-а-а-ажа! Ловите его! — поддержали посетители.
Растерянный Калдор поспешил наружу, но там его уже ожидали два мамелюка, что патрулировали улицу. Дрессировщик замер, держась за скимитар. Стражники опустили перед собой алебарды.
— Лучше не надо, — прохрипел один из стражей.
Скорпион никогда не сдается мамелюкам. Этот завет Калдор помнил с самой первой битвы, когда скрестил оружие с «черными стражами». Так называли мамелюков кочевники бедуины и члены банды Пустынных скорпионов. К тому же, задание практически выполнено и артефакт найден. Пусть атаман и велел идти вместе с караваном из-за соображений безопасности, но верный зверь и скимитар всегда служили надежно. Можно забирать сердце и уходить. Но для начала нужно сразить двоих стражников… а после еще добраться до шатра…
— Оглох?! — не выдержал второй мамелюк. — Отстегни пояс с мечом и сдавайся.
— Да я ведь ничего не сделал, этот доходяга помер от пьянки, — дрессировщик добродушно улыбался.
— А-а-а-а-а-а! — душераздирающий крик раздался внутри трактира.
— Мертве-е-е-ец! — трактирщик вылетел из дверей словно ошпаренный, сбив с ног Калдора.
Заклинатель ящеров едва успел сгруппироваться, чтобы не налететь на выставленные алебарды.
Следом за хозяином заведения сломя голову несся десяток нетрезвых посетителей, которые разбежались в разные стороны, вопя от ужаса о живых мертвецах.
Находившиеся рядом Эфит, железнобокий и Шалилун вскочили с мест.
— В чем дело? — ветеран в четыре прыжка оказался возле мамелюков, связывающих руки Калдора за спиной.
— Оставьте руки! — кричал дрессировщик, сопротивляясь.
Один из стражников больно давил коленом на голову приключенца, прижимая древком алебарды шею к земле. Опытные стражи не оставили скорпиону ни одного шанса на сопротивление.
— Этот человек обвиняется в убийстве, — спокойно ответил мамелюк, поставив связанного заклинателя ящеров на колени.
Калдор ужасно жалел, что, вопреки собственной привычке никогда не разлучаться со зверем, теперь оставил его сторожить награбленное.
— Кого же он убил? — вмешался Варвар, поглядывая за реакцией Эфита.
— Его, видимо… — дрессировщик кивнул в сторону выхода из трактира.
В проходе стоял тот самый пьяница. Он оскалил желтые зубы, прожилки которых заполняла кровь и куски человеческой плоти. Алые струйки капали с подбородка, а безжизненный взгляд блуждал по лицам присутствующих.
Сзади напирал еще один оживший труп. Тот самый мужчина, что проверял дыхание у опоенного. Здоровенный кусок шеи у него отсутствовал. Зияющая рваная рана все еще кровоточила, обильно смачивая поблеклые на солнце одежды.
Впереди стоящий шагнул на мамелюков. Обе алебарды пронзили его тело. Мертвец увяз и махал руками, пытаясь достать стражников. Эфит выхватил скимитар и рубанул противника в лоб. Голова треснула, словно спелый арбуз и зомби повис, удерживаемый черными стражами.
