Я бросила на него из-под ресниц последний взгляд, развернулась и резко прыгнула вниз. Юстин поймал руками воздух, а я врезалась в холодную глубь воды.
Как холодно. Больше не могу. Казалось, что мое тело словно камень идет ко дну. Не осталось сил бороться. И вдруг, почувствовала, как что-то меня тащит вверх. Снова ледяной порыв ветра обдал холодом. Я открыла глаза.
— Аура, — позвал меня тихий голос, — скажи что-то.
— Мне очень холодно, Фирс, — еле произнесла я.
Фирс накрыл меня своим плащом. Но тепла я не чувствовала. Зубы стучали. Если выживу заболею, наверное. Маг посадил меня перед собой на химеру и обнял одной рукой, чтобы я не свалилась.
— Держись, уже скоро дом, — повелительно требовал он.
— Фирс, — бормотала я, — зачем мы рисковали жизнями сегодня?
— Ради света души.
Тихий треск поленьев в камине наполнял комнату ароматом вишни с древесными нотками. И теплом, которое струилось по телу, согревая дрожащие конечности. Открыла глаза и села. Мягкий свет, окутавший пространство резал глаза. Я часто-часто заморгала.
Жива?
Мне казалось, что я долго плыла в темноте, без единого просвета. Это так страшно! Темнота и самые жуткие кошмары. А еще отвратительный холод, который терзал продрогшее тело.
— Наконец-то, я думала ты не придешь в себя, — раздался рядом женский голос, и холодная рука легла на лоб.
— Сколько я была в отключке? — спросила, откинувшись на подушки. Как тепло. Последнее, что я помнила, это обжигающий холод.
— Три дня, — ответил подошедший к кровати Фирс. Он откинул край плаща и сел в ногах. Его черные глаза ощупали меня, и он удовлетворенно кивнул, — Даже румянец проступил, это хорошо.
Воспоминания медленно возвращались. Лес, Юстин, ледяная вода.
— Что с Фацелио? — встрепенулась я. Ибо вспомнила, что сказал Фирс. Псам нужен был свет души старика.
— Дрыхнет, — ответил мрачно Фирс, — что с ним будет то?
— Значит вы не убили его? — морщась шепчу я. Все тело ломило и болело.
— Убили? Мы и не собирались, — выдохнула Вева, она расположилась на кровати с другой стороны — мы просто заберем его свет.
— Значит…
— Нет, мы еще его не забрали, — Вева остановила меня. — Может ты забыла, что он целитель? Кто-то же должен был тебя лечить.
Фирс коснулся моей руки и заглянул в глаза:
— Я чувствую себя виноватым, Аура, — он вздохнул, — боялся, что ты умрешь. Благодаря тебе мы выбрались, но, если бы ты…не знаю… я бы себе никогда не простил.
— Да, он вообще расклеился, когда ты слегла с высокой температурой, — фыркнула Вева, — когда Фацелио сказал, что все кончено, Фирс чуть не придушил его. Заставил нас набрать ледяную ванну и опускать тебя туда до тех пор, пока температура не спала. А сколько партий шахмат мы сыграли у твоей кровати только потому, что я не могла выгнать Фирса спать.
— Спасибо, — прошептала надтреснувшим голосом и улыбнулась. Чувствую, что устала. Но есть еще незаконченные дела.
— Мы, наверное, пойдем, — засуетилась девушка, глядя на меня, — тебе нужно больше отдыхать.
— Нет, — остановила их, — я хочу получить ответы. Фирс и Вева растеряно сели обратно.
— Спрашивай. Мы ответим, — кивнул мужчина.
— Как зовут богиню, которая заперта в зеркале?
— Борманикус, — ответила Вева и скрестила руки.
— Так и думала. Где она заперта? Зеркало я так понимаю, это просто средство общения.
— Я не знаю, — хмуро ответила Вева, — это какой-то мир, который она хочет покинуть.
Карбонадо. Она хочет вырваться оттуда.
— Начало этой истории, я слышала тогда…в своей комнате? Вы нашли трещину в земле, потом амарантовый шар коснулся камня на шеи Вевы?
— Все верно, — кивнул Фирс.
— Какую форму животного Борманикус принимает?
— Форму? О чем ты? — удивилась девушка, ее голубы глаза расширились. — Она всегда выглядела так.
Что-то произошло в ее мире. Выходит, либо она потеряла форму животного, либо эволюционировала ее сила благодаря какому-то катализатору. Именно поэтому на стене в Карбонадо, там где изображались боги, форма Борманикус была стерта. Что оно такое?
— Ладно, — кивнула я и прищурившись посмотрела на Веву, — я поняла ей нужен свет души, чтобы покинуть свой мир. Вы ей поможете, а что потом?
— Она дарует нам силу, и мы победим «Око», — властно подтвердил Фирс.
— Нам или тебе?
— Всем, кого я назову, — пробормотала Вева и закашляла, откашлявшись она продолжила, — ты сможешь получить любую магию, какую только захочешь. Очистишь свое имя. Слава, почет, уважение. Могущество в конце концов.
— А что после? — задумчиво спросила я, впиваясь взглядом в светлые глаза девушки. — Богиня уничтожит мир? Ввергнет его в хаос?
— Нет, зачем ей это? — ответила Вева и встала с кровати, — Мы все будем служить ей. Она тоже обретет свое могущество.
— Служить злу? Ты серьезно?
— А как ты определяешь зло? — в ее тоне чувствовалось раздражение. — Мы просто все следуем своим желанием.
Вева закашляла и покачнулась. Фирс тут же подскочил к ней.
— Вева? — он прижал ее к себе. — Все в порядке? Где твое лекарство? Ты пила его?
— Со мной все хорошо, — тихо отвечала она. Если бы мужчина не держал ее, Вева бы хлопнулась на пол.
