– Год? – Пауза. – Два? – Поскольку я молчала, он гладил мои плечи, и от теплоты его ладоней я покрылась гусиной кожей. – Больше двух?
Я никогда еще не чувствовала себя такой уязвимой и испуганной. Слишком много из прошлого открыла, напрасно показала охватившую меня неуверенность в себе и наивность. Пока я слабела под жаром ладоней, меня осенило, что, возможно, я судила Джо не так, как стала бы судить более эмоционально защищенная женщина.
Я бросила взгляд на дверь, отчаянно желая уйти отсюда.
– Мы должны вернуться на вечеринку…
Джо притянул меня к себе. Я засопротивлялась, но его крепкие руки легко удержали меня на месте, и через мгновение послышалось:
– Теперь я понимаю.
Хотя мне хотелось узнать, что, по его мнению, он понимает, я могла только стоять как в трансе. Минуты текли одна за другой. Я начала было говорить, но Джо только прошептал: «Ш-ш!» и продолжал меня держать. Уютно устроившись на его груди, которая поднималась и опускалась, окутанная теплом его тела, я чувствовала, как успокаиваюсь.
Меня переполняла сладкая горечь от того, что я знала: он держит меня так в последний раз. После мы поскорее все забудем. Навсегда оставим позади память об этой ночи. Однако я собиралась сохранить в душе это объятие, потому что ничего лучше, спокойнее, теплее не ощущала в своей жизни.
– Мы слишком рано переспали, – вдруг сказал Джо. – Это я виноват.
– Нет, вовсе не…
– Да. Я сказал бы, что у тебя мало опыта, но ты не возражала и… черт, так было хорошо, что невозможно остановиться. Я вовсе не пытался играть с тобой. Я…
– Только не вздумай извиняться за то, что со мной спал!
– Успокойся. – Джо начал гладить меня по голове. – Я не сожалею о том, что произошло. Только для тебя все случилось слишком скоро, вот тебе и неловко. – Он поцеловал нежное место у меня за ухом, вызвав дрожь, и пробормотал: – Это не случайная ночь. Только не для меня. Но я бы не позволил себе зайти так далеко, знай, что ты испугаешься.
– Да не испугалась я, – оскорбленная его выводом, что веду себя, словно какая-то запуганная девственница, возразила я.
– Сдается, что испугалась.
Джо снова положил руку мне на шею и стал разминать мускулы, превращая боль в наслаждение. Я с трудом сдерживалась, чтобы не выгнуться и не замурлыкать как кошка.
И пыталась призвать на помощь негодование.
– Что ты имел в виду, когда сказал, что у меня нет опыта? Разве я что-то делала не то? Я что, разочаровала тебя? Я…
– Угу, чертовски разочаровала, когда у меня так встало, что из глаз искры посыпались, – пошутил Джо. – Я так разочаровался, что преследовал тебя с той поры.
Он стоял, взявшись с обеих сторон от меня за края книжной полки.
– Всё прошло, – еле выдавила я. – Думаю, мы должны это списать на… спонтанность момента…
Я оборвала себя, издав бессвязный возглас, когда Джо наклонился поцеловать меня в шею.
– Всё не может пройти, когда ничего даже не начиналось, – заговорил он, уткнувшись мне в шею. – Я расскажу, что дальше будет, кареглазая моя. Ты будешь отвечать, когда я позвоню по телефону. Ты позволишь мне сводить тебя куда-нибудь, и мы будем вести разговоры. Мы ведь еще многого не знаем друг о друге. – Он отыскал бившуюся жилку, и губы его стали потягивать кожу в том безумном ритме, в котором та билась. – Поэтому мы будем делать все медленно. Я буду узнавать тебя. Ты будешь узнавать меня. А потом на твое усмотрение.
– Слишком поздно, – с трудом произнесла я между судорожными вздохами. – Постель погубила эту часть про узнавание.
– Не погубила. Просто чуть усложнила.
Если соглашусь снова с ним встречаться, значит, так и напрашиваюсь на то, чтобы мне разбили сердце. Умоляю просто.
– Джо, не думаю…
– Не надо решать прямо сейчас, – перебил он, подняв голову. – Поговорим позже. А теперь… – Он отступил на шаг и протянул руку. – Давай вернемся туда и поужинаем. Я хочу иметь возможность доказать, что могу вести себя прилично рядом с тобой. – Страстный взгляд прошелся по мне. – Но клянусь, Эйвери Кросслин… ты не облегчаешь мне задачу.
Ужин представлял собой тщательно продуманную трапезу, состоящую из шести блюд. На заднем фоне играл дуэт из пианино и скрипки. Навес был украшен в черно-белых тонах, в основных местах стояли белые орхидеи, все идеально подходило для аукциона предметов искусства. Я сидела с Джо за столом, рассчитанным на десять персон, в компании Джека, Эллы и нескольких их друзей.
Джо пребывал в хорошем настроении, временами как бы случайно клал руку на спинку моего стула. Компания оживленно болтала и жестикулировала, вела беседы с легкостью людей, которые часто это делали и точно знали, как поддерживать разговор. По тому, как братья Тревисы обменивались колкостями и добродушными тычками, было ясно, что они искренне наслаждаются компанией друг друга.
