Они сошлись с гулким щелчком.
Солдаты выстроились неровной колонной и дружно зашагали прочь, чтобы пропасть из нашего поля зрения за соседним складом. Им на смену явился небольшой транспортер, из которого вылез, судя по форме, летчик, обменялся приветствиями с техниками и забрался внутрь.
Вертолет с тихим гулом пробудился к жизни, если бы у него были винты, как у земных машин, то я бы сказал, что они закрутились. Техники погрузились в тот же самый транспортер, тот заложил лихую дугу и умчался вслед за солдатами.
— Ну… ну… где вы там? — шептал я себе под нос, сжимая кулаки.
Выходить на связь было опасно — нас запросто могли услышать, поскольку вещали мы на обычных армейских частотах.
Если все идет по плану, то Дю-Жхе должен сейчас приставить автомат к затылку летчика. Тот докладывает диспетчеру о каких-то пустяковых проблемах и задержках, а Нара тем временем открывает нам дверь.
Ведущая в кабину дверца и вправду распахнулась, и высунувшаяся наружу веша замахала нам.
— Бегом! — гаркнул я, хотя подгонять никого не требовалось.
Бежать во включенных маскировочных сетях, да еще толпой, страшно неудобно. Удивительно, насколько мешает то, что ты не видишь собственного тела, ну и понятно, что не видишь остальных, то и дело с ними сталкиваешься.
У самого вертолета бойцы по одному отключали маскировку и заскакивали внутрь.
Я подождал, чтобы пропустить всех, а когда влез, то дверца за моей спиной со стуком закрылась. Глазам моим предстал испуганный пилот-кайтерит в сдвинутом набок шлеме, чтобы слышал не только то, что в наушниках, и спокойный, как слон, Дю-Жхе с автоматом.
— Полетели? — буднично спросил он.
— Да, — я кивнул.
— Прошу разрешения на взлет, — подал голос пилот, и он у него оказался тонким, то ли от рождения, то ли от ужаса.
— Аккуратно взлетаем, — инструктировал его Дю-Жхе. — И идем по твоему маршруту… — ферини повернулся ко мне. — Он везет всякое барахло на юг. Отлетим немного и повернем.
Меня трясло от нетерпения, очень хотелось рвануть прямиком на запад, но это не вариант — на базе мигом сообразят, что не все в порядке, и попытаются нас посадить или даже сбить. Поэтому да, сначала идем по назначенному маршруту, потом инициируем технические проблемы и начинаем заниматься своими делами.
Ноги мои вжало в пол, ВПП пошла вниз, открылся вид на базу целиком, на садящийся вертолет. Потом горизонт расширился, и мы увидели всю южную окраину Столицы, небоскребы в дымке, неровное пятно Отсутствия, дымы многочисленных пожаров, разрушенные здания и взорванные дороги.
Война правила бал в величайшем городе Гегемонии.
С высоты все выглядело иллюстрацией из рекламного буклета для миллионеров «Скромные дворцы на берегу моря»: утопающие в зелени дома цвета восхода, остроконечные крыши, голубые пятнышки бассейна, полоса пляжа. Но я смотрел на это с ненавистью — тут располагалось гнездо ордена Трех Сил, тут держали мою жену и дочь.
Очень хотелось, чтобы у них прямо на территории располагалась площадка для вертолетов, чтобы мы могли свалиться прямо им на голову. Но ничего подобного не было, только узкая дорога, серой змеей лежавшая между скал, и пристань с парочкой катеров.
— Давай прямо на дорогу, — велел я пилоту. — Перегородим заодно.
Он глянул на меня умоляюще, я ответил ободряющей, ну может быть немного злобной улыбкой. Вертолет пошел на спуск, скалы, похожие на исполинские стертые зубы, оказались справа и слева, внизу закачались густые кусты на обочинах, и мы мягко опустились на землю.
— Нара, останешься тут, — велел я. — Присмотришь, чтобы этот не сбежал. Дело такое.
— Но вы же обещали меня отпустить? — проблеял пилот.
— Отпустим, конечно, — я похлопал его по плечу. — Когда ты будешь больше не нужен. Немножко позже.
Я распахнул дверцу и выскочил наружу, и в лицо мне ударил жаркий чистый воздух. Поначалу я задохнулся от запахов горячего камня, травы, соленого ветра с моря — всего, что ассоциируется в первую очередь с отдыхом, с отпуском где-нибудь на юге.
Дорога уходила на запад, к морю, и я находился в считанных шагах от цели, от осознания этого кружилась голова.
— Дю-Жхе — вперед, разведка, все как обычно. Остальные следом, — распорядился я.
Вертолет остался за спиной, исчез за поворотом, открылось море и стоящий на плоском мысу замок, отгороженный от прочего мира высоким забором. Я успел бросить на него только один взгляд, и тут меня словно ударили в подбородок со всей силы, кто был в нокауте, тот меня поймет — перед глазами потемнело, земля вывернулась из-под ног, в голове что-то зашевелилось.
— Эй, командир? Что с тобой? — я ощутил, что меня подхватили под руки.
— Норм-нормально… — сумел произнести я, когда зубы мои лязгали.
Удивительно, но в таком состоянии я сохранил способность мыслить более-менее ясно. Целенаправленная атака или я просто напоролся на тот барьер, который ранее мешал мне общаться с близкими?
Тогда ощущения были похожими, и удар тоже приходился на те импланты, что установили мне в голову тиззгха.
