– Очень просто. Вы сделаете вид, что я Вам нравлюсь. А я сделаю вид, что Вам верю.
– А зачем?
– Вам что – трудно?
Она замялась.
– Трудно. Я не очень хорошо притворяюсь.
– А Вы попробуйте. Все женщины – лгуньи, – ехидно сказал он.
– Все мужчины – бабники, – солнечно улыбнулась Татьяна.
Он собирался что-то сказать, но сдержался. Передвинул солонку на столе. Потом отпил минералки.
– Расскажите о себе.
Подумал немного и добавил:
– Пожалуйста.
– А что Вы хотите узнать? – осторожно спросила она и взяла новый кусочек.
– Все, – буркнул он.
Она засмеялась и покачала головой.
– Ну, тогда хотя бы три вещи, которые Вы любите, и три, которые не любите.
– Никогда не отвечала на подобный тест, – призналась она. – Но могу попробовать, если Вам так хочется.
Татьяна купала ломтик яблока в чашке с водой и размышляла. Интересно, каких слов он ждет? Обвинительную речь в адрес мужчин? Зачем?
Ей почему-то захотелось быть с ним откровенной.
– Я люблю в субботу утром просыпаться от запаха маминых блинов и знать, что у нее все хорошо. И очень не люблю и панически боюсь, когда она болеет. Люблю, когда светит солнце, и терпеть не могу дождь и слякоть. А еще люблю, когда тихо, и не переношу шум и толпу.
Он внимательно наблюдал за ней.
– А в людях? Какие качества Вам нравятся, и какие нет?
– Это похоже на допрос, – засмеялась она, протестуя.
– Отвечайте, – требовательно приказал он. – Пожалуйста.
Он все время забывал про это слово. Но в конце все-таки добавлял. Это было смешно.
– Да вообще-то мне все люди нравятся. За исключением особо настырных и бесцеремонных, – насмешливо сказала Татьяна.
Он пропустил намек мимо ушей и ждал продолжения.
– Ну хорошо, – сдалась она. – Я очень ценю в людях терпимость, способность посмотреть на ситуацию глазами другого человека и чувство юмора. Ну, а что мне не нравится… – она задумалась. – Мне не нравятся необязательные люди. Стараюсь не общаться с теми, кого распирает от чувства собственной важности. Не опаздываю сама и не люблю, когда опаздывают другие.
Подруга, разумеется, не в счет.
– А хотите, я скажу, что мне нравится, а что нет?
– Не представляю, что может Вас остановить, – кротко заметила Татьяна.
– Я люблю честных, смелых и справедливых людей. И терпеть не могу тех, кто уверен в собственной непогрешимости. Тех, кто говорит одно, а делает другое. И тех, кто навешивает ярлыки, не зная человека.
Ах, вот оно что. Вероятно, это камень в ее огород. Но если господин Мельников рассчитывал, что выведет ее из себя, то он заблуждался. Она с безмятежным видом ела свой десерт.
– Продолжайте, пожалуйста, Сергей Михайлович. Я Вас очень внимательно слушаю.
Он молчал и смотрел на нее, прищурившись.
– Интересно, что или кто может выбить Вас из колеи? – спросил он, наконец.
– Неприкрытое хамство, – подумав, призналась Татьяна. – Но ненадолго.
– Вы считаете, я веду себя по-хамски? – изумился он.
– Нет, конечно, – сжалилась она. – Вы всего лишь напоминаете мне взъерошенного и воинственного петуха, который отважно защищает свой курятник.
И она улыбнулась ему так ослепительно, что у него перехватило дыхание.
Татьяна доела десерт и со счастливым видом положила вилку на тарелку.
– Отлично, – сыто вздохнула она. – Спасибо Вам, Сергей Михайлович, за чудесный ужин. Все было просто замечательно. А теперь будьте так любезны – отвезите меня, пожалуйста, домой.
– Вот возьму и брошу Вас здесь на произвол судьбы, – мстительно проворчал он, угрожающе сдвинув брови.
– Ну что Вы, Сергей Михайлович! – ласково сказала Татьяна. – Даже Вы не способны на такое.
…
Дождь барабанил по крыше, заливая стекла. Щетки работали на пределе, с трудом справляясь с потоками воды.
Они сидели в машине возле ее подъезда и пережидали этот потоп. Волчонок с недовольным видом стоял на своем месте в ряду таких же мокрых собратьев.
Стало чуть светлее. Сквозь пелену проступили нечеткие силуэты домов и деревьев.
– Кажется, стихает, – сказала Татьяна.
Сергей Михайлович смотрел прямо перед собой, положив обе руки на руль. Неожиданно он развернулся к ней.
– У Вас есть с собой визитка?
– Есть.
– Давайте.
Он протянул руку. Татьяна с трудом сдержала улыбку.
– Чего Вы смеетесь? Давайте.
Она выжидающе смотрела на него и не шевелилась.
– Ну хорошо, – сдался он. – Дайте, пожалуйста, Вашу визитную карточку.
Она открыла сумку, вынула из бумажника визитку и отдала ему. Он внимательно изучил карточку, даже посмотрел на обороте.
– Здесь нет Вашего сотового телефона.
Сергей Михайлович достал из нагрудного кармана ручку и приготовился писать. Татьяна с любопытством наблюдала за его манипуляциями.
– Диктуйте.
Она смотрела на него и улыбалась.
– О Господи! – он потерял терпение. – Из Вас, что, клещами тянуть каждое слово?
Татьяна продиктовала ему номер. Он записал и убрал ручку вместе с ее визиткой. Потом вышел из машины, раскрыв свой необъятный зонт, и помог выйти ей.
– До свидания, Сергей Михайлович, – попрощалась Татьяна, стоя на крыльце.
– До свидания, – буркнул Мельников.
Он уехал, крайне раздраженный. А она в отличном настроении пошла домой.
…
– Ну, как прошла встреча?
Анна позвонила уже ближе к ночи.
– Которая?
