– Скажу тебе по секрету – вы идеальная пара. Ты изящная, тонкая красавица, он – сильный, брутальный парень. А ты знаешь, что у него есть мотоцикл?
– Нет. Я боюсь такой техники. Боже упаси на такой кататься!
Всю ночь просплетничали сестры, лишь под утро они заснули. Утром Женя ждал у ворот дома Карины, ему не терпелось вновь увидеть свою девушку. Ничего не подозревающая Карина вышла во двор, а там, рядом с воротами стоял Женя. Карина попыталась скрыться, но не успела спрятаться перед зорким взглядом парня.
– Карина, ты куда? – окликнул ее Женя.
– Я в дом, сейчас переоденусь и выйду! – ответила Карина, забегая в дом.
– Там Женя стоит, меня ждет! – шепнула на ухо Марине Карина.
– На мотоцикле?
– Нет, пешком пришел!
– Странно, сегодня же воскресенье, что он тут делает? Придется выйти, может, сходите вместе на рынок, а потом еще куда-нибудь погулять.
И действительно, Женя ждал Карину, чтобы пойти с ней на рынок. Там он собирался кое-что купить себе, а также сделать Карине сюрприз – купить ей подарок на восьмое марта. На рынке Женя купил себе джинсы, а Карине все не решался что либо купить, но, все же решился – купил алый кулон с позолоченной цепочкой. Кулон очень понравился Карине, она сразу же надела его на шею, гордо позируя перед зеркалом продавца.
– Спасибо тебе Женя, так мило, мне очень понравилась, – обнимая Женю, сказала Карина.
– А мне нравится, что тебе это все понравилось, пойдем, пройдемся по селу, на речку сходим, скоро там ледоход начинается, – предложил Женя.
Речка еще была затянута льдом, и лишь небольшие трещинки на нем напоминали, что весна не за горами. Женя сказал, что через месяц здесь будут крупные льдины, а вода на склонах реки будет журчать так, что не будет слышно собственного голоса. У Карины снова открылся поэтический дар. Эту прогулку она описала в стихах «Ледоход»:
Зима сковала реки льдом,
Берёзы снегом забросала,
И серебристым хрусталём
На окнах розы изваяла
Они безмолвны, холодны
Эти морозные творенья,
Но лишь теплом на них дыхни,
Закапают они, в мгновенье.
Заплачут. Плачет так зима,
Когда встречается с весною,
Но, а пока ей власть дана,
Быть ей морозною и злою.
То вдруг завьюжит, и снега
Начнёт срывать, и гнать по полю.
То все деревья и дома,
Кудрявым инеем укроет.
Вот так и будет до весны
Играть то вьюгой, то метелью.
На окнах рисовать цветы
Своей хрустальной акварелью.
На небе проблескивало уже по-весеннему солнце, что наводило на мысль о грядущей весне. С запада тянулась черная туча – предвестники метели. И действительно, несмотря на начало марта, два дня была суровая метель. Карина и Марина не ходили в эти дни в школу. Именно в эти дни родился сборник Карины – «Зимняя вьюга». В эти месяцы формировалась поэтическая стезя девушки. Свои стихи она никому не показывала – стеснялась, но, однажды одно из них, посвященное Жене, в честь его дня рождения, попалось ему на глаза. Восторгу парня не было предела, он так обрадовался стихотворению о себе, что подкинул Карину в воздух, после чего, разумеется, поймал ее. У Карину в тот момент дух захватило.
– Карина, ты такое чудо! – признался ей Женя, окончив бурную радость.
– Моя душа требует самовыражения, – ответила ему Карина.
– Твоя душа – загадка для меня. Но я стараюсь ее разгадать, – снова признался Женя, обняв Карину.
Прошел год. Женя окончил школу, после которой сразу же призвался в армию. Карине он обещал, что вернется к ней, и они обязательно поженятся. Карина даже ездила в город на железнодорожный вокзал, чтобы проститься со своим любимым Женей.
Год мучительных ожиданий, десятки тетрадных исписанных листков. Карина в это время усиленно готовится к экзаменам в школе, и пишет стихи. Стихи, прежде всего, Жене в армию. Женя тоже не оставался в долгу, он писал большие объемные письма, наполненные теплотой и любовью к Карине.
Когда прошел год, и Женя вернулся, он стал несколько другим. Не было уже того веселого балагура Жени – любителя веселых историй. Хоть он и радостно встретился с Кариной, у них уже не было тех детских, радостных отношений, как до армии.
– Что с тобой там, в армии, произошло? – часто спрашивала его Карина.
– Ничего особенного, – отнекивался Женя, а сам отводил грустные глаза от нее.
