Карл Либкнехт полностью

Решение было принято. Карл Либкнехт поднял знамя и — не выпустит его из рук буквально до самого последнего вздоха…

Теперь мы вступаем в тот период, который имел решающее значение для исторического подвига, совершенного Карлом Либкнехтом. Теперь необходимо прослеживать деятельность Либкнехта из месяца в месяц, из недели в неделю, а по возможности и изо дня в день.

В декабре 1914 года Роза, Карл и Франц Меринг обращаются к английским рабочим (через «Labor-Leader») со своими известными рождественскими письмами. С радостью Меринг отмечает тот факт, что среди с.-д. рабочих больших центров — в Берлине, Гамбурге, Лейпциге, Штутгарте — идет уже большое брожение против курса социал-шовинистов. «И недалек день, — заверяет он, — когда рабочий класс Германии потребует мира и возвращения к незыблемым основам Интернационала».

Чего потребует рабочий класс? Мира! Дальше этого лозунга Меринг пока не идет.

В январе 1915 г. Карл Либкнехт на собрании в Ней-Кельне произносит речь об «Имперализме и войне». Через несколько недель стенографическая запись этой речи выходит нелегальной брошюрой(под названием «Классовая борьба против войны»), получающей широкое распространение в массах. Ход мыслей в этой речи таков: не может быть доверия и уважения к партии, которая так открыто обнаружила перед всем миром свою неспособность противостоять массовым психозам, вою уличной черни, бешеной правительственной демагогии, листу бумаги с типографской краской, объявляющему осадное положение; не может быть доверия и уважения к партии, которая оправдала свое название «партии переворота» только тем, что «низвергла собственные убеждения, и которая в великий исторический момент оказалась столь жалкой, что карточный домик по сравнению с нею должен быть назван крепостью. Враги пролетариата научились искусству шутя побеждать нас. Социал-демократия должна отвоевать назад потерянное уважение, отвоевать борьбой. Пусть она начнет эту борьбу, пока еще длится война, если хочет достичь своей цели быстро и основательно. Если она отложит ее до окончания войны, борьба станет тем тяжелее…

Декларация фракции от 4 августа 1914 г. объявляет, что фракция хочет мира, «как только будет достигнута безопасность».

Безопасность — чего? — спрашивает Либкнехт. «Только ли государственной территории и независимости или же, кроме того, всей политики германского империализма?»

Классовая борьба — вот лозунг дня! Классовая борьба, и не только после войны! Классовая борьба во время войны. Классовая борьба против войны. Если партия не возьмет на себя эту борьбу сейчас, во время войны, то ей не поверят и после войны, — не поверят ни в рядах рабочих масс, ни в рядах ее противников. Таково содержание этой речи Либкнехта.

Речь эта (так же как и мотивировка голосования от 2 декабря 1914 г.) не вполне свободна от слабостей. Вина германских социал-шовинистов была вовсе не в том, что они оказались неспособны ^противостоять массовым психозам» и «вою уличной черни». Если впоследствии центристы пытались найти для открытых социал-шовинистов смягчающее вину обстоятельство в — тем, что в начале войны весь германский рабочий класс якобы был за войну, то это утверждение и с фактической стороны было просто неверно. Вина социал-шовинистов была побольше, чем неуменье противостоять «массовым психозам». И на это в других местах речи прекрасно указывает сам Либкнехт.

На рубеже 1915 г. идет самая интенсивная работа по консолидации и окончательному оформлению организации, которая впоследствии получила название группы «Спартак». (Имя это дано было группе по инициативе Карла Либкнехта. Еще Карл Маркс, изучая Аппиана в греческом оригинале («Гражданские войны в Риме»), с увлечением писал Энгельсу, что «Спартак в его изложении является самым великолепным парнем во всей античной истории»— «великий полководец (не чета Гарибальди), благородный характер, истинный представитель античного пролетариата» (Маркс и Энгельс, Соч., т. XXIII, 15). Карл Либкнехт, который, как мы уже знаем, в свою очередь горячо увлекался античной историей, провел решение присвоить группе немецких революционных интернационалистов имя вождя и организатора восстания пролетариев в древнем Риме…

Пути Карла Либкнехта и раньше не раз сближались в известных вопросах с путями Розы Люксембург, (но теперь они совпали во всем основном. Роза и Карл заключили братский союз пролетарских революционеров, который кончился лишь с их смертью. Разделение труда между Розой и Карлом напрашивалось само собой. Роза стала теоретическим вождем спартаковцев, Карл Либкнехт — их политическим трибуном, их знаменосцем, проводником идей их в самую широкую массу. К этому разделению труда мы еще вернемся ниже и мы увидим тогда, что теоретические и политические ошибки Карла Либкнехта с 1915 по 1919 г. были ошибками Розы Люксембург; но увидим и то, как во многих отношениях эти два великих революционера друг друга гармонически дополняли и как их дружная совместная работа оставила мировому пролетариату незабываемые образцы героизма.