Карл Либкнехт полностью

Роль Либкнехта в революции 1848 г. была ролью храброго бойца, солдата революции. Его тогдашний социализм был еще очень не зрелым. Это был во многих отношениях только социализм чувства. Общие симпатии к «Коммунистическому манифесту» не делали еще тогда из Либкнехта марксиста. Тем не менее непосредственное личное практическое участие в революции 1848 г. наложило неизгладимый отпечаток на всю дальнейшую жизнь Либкнехта и осталось одним из лучших его воспоминаний. Его соратник, его до известной стадии развратил ученик, а затем в течение трех десятилетий его двойник — Август Бебель в «Мемуарах» своих с завистью говорит о том, что Либкнехту выпало счастье непосредственно участвовать в революции 1848 г., тогда как ему, Бебелю, родившемуся позже (Бебель родился в 1840 г., т. е. был моложе Либкнехта на 14 лет), не довелось в ней участвовать лично. Говоря о «Мемуарах» Бебеля, В. И. Ленин специально остановился на этом месте и особо подчеркнул, что в этом было одно из больших преимуществ В. Либкнехта, давшее ему очень много в его будущей деятельности. В жизни, однако, нередко бывает так, что сильная сторона человека незаметно переходит в его слабость. Это в известной мере приходится сказать об этом преимуществе В. Либкнехта. Черты «революционера 1848 года» и взгляды сторонника «крайней левой» в этой буржуазной революции в нем никогда не изгладились до конца. В течение всей своей дальнейшей жизни В. Либкнехт платил обильную дань «идеалам 1848 года», и это не могло иногда не мешать ему дорабатываться до последовательно-законченной системы пролетарских взглядов.

В. Либкнехт был от природы человеком чрезвычайно мужественным. Уже в революционных событиях 1848–1849 гг. Вильгельм Либкнехт не раз показал образцы беззаветного мужества. Его биограф (Курт Эйснер) отмечает, что в одной из бесед старый Либкнехт однажды мимоходом сказал, что в течение всей своей сознательной жизни он не знал, что такое чувство страха. Невидимому, это так и было. И опять-таки: едва^-ли можно сомневаться в том, что это чувство бесстрашия от Либкнехта-отца тоже по наследству перешло к Либкнехту-сыну.

От отца же Карл Либкнехт должен был позаимствовать и позаимствовал чувство интернационализма. Вся обстановка, в которой жил Либкнехт-отец и в которой воспитывалась вся его семья, была такова, что интернационализм не мог не перейти в плоть и кровь такой натуры, какой был его сын Карл. Интернациональные связи Либкнехта-отца были значительны и до встречи с Марксом и Энгельсом. Жизнь же в Лондоне и личная дружба с Марксом расширила интернациональные связи и интернациональное мышление Либкнехта в необычайной степени.

Обрисовать во всех деталях подлинные взаимоотношения между Марксом и Энгельсом, с одной стороны, и Вильгельмом Либкнехтом, с другой, — дело насущно необходимое, но и очень сложное и ответственное. Только теперь ИМЭЛ при новом его руководстве дает все необходимые для этого материалы. В круг нашей темы эта задача отнюдь не входит. Мы ограничимся здесь лишь самым необходимым.

С Энгельсом Вильгельм Либкнехт имел мимолетную встречу в 1849 г. в Женеве. С Марксом же он впервые встретился лично только летом 1850 г. в Лондоне. В своих воспоминаниях о Марксе Либкнехт с большой теплотой описал эту первую встречу и «экзамен», который учинили ему Маркс с Энгельсом по приезде его в Лондон. Они просидели с молодым изгнанником «до позднего утра», и «солнце стояло уже высоко на небе, когда я улегся в постель» — вспоминает Либкнехт. Это было в начале июля 1850 года.

Вскоре по приезде своем в Лондон Вильгельм Либкнехт стал учеником Маркса, его другом, почти членом семьи. Что привлекало Либкнехта в Марксе — это ясно и об этом подробно рассказано в воспоминаниях Либкнехта о Марксе. А что привлекало Маркса и Энгельса в Либкнехте? Прежде всего непосредственное революционное чувство, мужество и благородство натуры и горячая преданность делу пролетариата.