По истечении трех недель, пока предположительно велись мучительные переговоры по составлению формулы присяги, 23 декабря Лев с Евангелиями в руках поднялся на амвон собора Святого Петра и перед криптой князя апостолов, взывая к Святой Троице, произнес перед собравшимися следующую очистительную присягу: «Общеизвестно, дорогие братья, что злые люди восстали против меня и возжелали меня изувечить; они нагромоздили против меня тяжелые обвинения. Для выяснения обстоятельств происшедшего в этот город вместе со своими епископа-Рми и знатью прибыл милостивейший и сиятельнейший король Карл. Никто не осуждал и не побуждал меня к этому. Я по собственной доброй воле в вашем присутствии клянусь перед Богом, которому известно, что у меня на совести, а также перед святым князем апостолов Петром, в чьем храме мы находимся, что не запятнан никакими предъявленными мне преступлениями, которые я не совершал по собственной или чужой воле. На то Бог — мой свидетель, перед судом которого мы предстанем и перед лицом которого мы стоим. Я действую так по доброй воле, дабы покончить с любым подозрением. И совсем не потому, что так сказано в церковных законах, или потому, что тем самым я хочу создать прецедент или установить правило поведения для моих преемников или наших братьев и епископов». Возможно, при этом Лев III вспоминал папу Пелагия I, которому в 555 году таким же образом пришлось очищаться от подозрения в том, что он физически устранил своего предшественника.
Согласно анналам монастыря Лорш, в полном соответствии с книгой папств, после этого самоочищения Льва все присутствующие во главе с Карлом запели «Те deum Laudamus» («Тебя, Господи, хвалим!»), поскольку, как говорилось, папа телесно остался невредимым и «Бог его духовно сохранил».
Возможно, случайно, однако, безусловно, символично, что в тот же день накануне рождественского сочельника со Святой земли вернулся королевский эмиссар, придворный священнослужитель Захарий. Его сопровождали два монаха из монастыря Святого Саввы, расположенного на горе Элеонской. Они передали королю франков по случаю интронизации ключи от Гроба Господня, от Голгофы и от Сиона вместе с флагом «града Иерусалим». Можно представить, какое волнующее впечатление произвели эти дары из геофафического и духовного центра тогдашнего мира на современников, тем более в преддверии Рождества Спасителя.
Два дня спустя, то есть в первый день Рождества, произошло событие, которому суждено было сыграть выдающуюся роль в европейской истории. Во время торжественной мессы в соборе Святого Петра папа Лев III совершил императорскую коронацию Карла. Сопутствующие обстоятельства, причины и следствия этого события неизменно вызывали споры. Обратимся вначале к нашим важнейшим источникам, дающим ключ к пониманию вопроса. Книга папств отмечает: «Затем [после очистительной клятвы папы Льва] с наступлением праздника Рождества Христова вес снова собрались в указанном соборе Святого апостола Петра. И вот достопочтенный и досточтимый папа собственноручно возложил на него [Карла] чрезвычайно дорогую корону. И все верные римляне, видевшие, сколь велико его покровительство и любовь к Святой Римской церкви и ее наместнику, воскликнули все разом по знаку Божию и обладателя ключей от небесного царствия: «Карлу, смиреннейшему Августу, коронованному Бо гом, великому и мироносному императору- жизнь и победу!» Перед священной криптой с могилой апостола Петра они триж ды воззвали к разным святым и все назвали Карла императором римлян. В заключение святейший епископ и папа помазал Карла, своего выдающегося сына, на царствие в этот день Рождества нашего Господа Христа Иисуса». После торжественной мессы Карл со своими сыновьями и дочерьми возложил на крипту апостола Петра различные дары, среди них усыпанную драгоценными камнями золотую корону, ценный массивный дискос, на котором выгравировано имя «Карл», и такую же чашу, а также иную литургическую утварь и еще серебряный столик. Латеранская базилика, именуемая «Константиниана», получила богато украшенный крест. Кое-что досталось и церкви Божией Матери.
Имперские хроники посвящают происшедшему событию следующее описание: «В тот священный день Рождества Христова, когда в ходе торжественной мессы перед криптой святого апостола Петра король поднялся после молитвы, папа Лев возложил ему на голову корону, и весь римский народ воскликнул с ликованиeм: «Благороднейшему Карлу, коронованному Богом, и мироносному императору римлян — жизнь и победу!» После хвалебного песнопения наместник Христа по обычаю старых императоров удостоил Карла земного поклона (Рroskynese). После того как король отказался от имени «патриций», он был наречен императором и Августом».
Таково двойное изложение фактов. Различие заключается лишь в том, что книга папств отмечает выполненное после императорского коронования и одобрительной реакции помазание старшего сына Карла, в то время как франкские анналы повествуют о церемониальном поклоне понтифика и об отказе от старого титула.
