"Царство сказок" Кармен Сильвы (румынской королевы Елизаветы) составило очередной том "Иллюстрированной библиотеки сказок для детей и взрослых". Яркие краски южной народной фантазии, святость долга и милосердие, воспеваемые венценосным автором, высокие и прекрасные чувства героев - всё это есть в умных, красивых сказках королевы Елизаветы. "У неё и до сих пор осталось в памяти, как ангел принёс её в своих объятиях и положил около розового куста, где её нашли добрые люди, вырастившие её.... Она должна была сделать мир прекраснее!" Вот только значит ли это что ей самой позволят быть счастливой любимой и свободной...?
Кармен Сильва.
Карма
По берегу одной из узких, длинных бухточек, образуемых лежащим в лесу озером, бежала толпа детей, весело крича: "Карма приехала! Карма приехала!" В маленькой лодочке, которая то скрывалась за высокими лесными деревьями, то снова показывалась из-за них, сидела молодая девушка, нежное детское личико которой было обрамлено густыми тёмными вьющимися волосами, перехваченными сзади пунцовой лентой. Её синие, как вода озера, глаза, освещённые внутренним светом, как-то странно блестели. И когда она приподнимала свои длинные, тёмные ресницы, тень от которых падала ей на щёки, в её взгляде иногда сквозил оттенок грусти. Её нежная бархатистая кожа слегка загорела, из-за ярко-красных губ видны были белые, как мрамор, зубы. Она держала в своих маленьких ручках арфу, на которую с радостным ожиданием смотрели дети. Гребец, управлявший лодкой, был, по-видимому, её старинным другом: она то говорила с ним, то улыбалась ему, а когда дети подбежали поближе, показала на них. Тогда он положил вёсла, и в то время, как лодка тихо скользила вперёд, девушка настроила свою арфу и запела. В ту же минуту со всех сторон слетелись птицы: они перепархивали с ветки на ветку и, наклонив набок головки, слушали певицу, единственную из всех людей, которая нежностью и неистощимым разнообразием своих песен превосходила даже их самих.
Наконец лодка причалила к берегу. Дети уселись в кружок на траве, и маленькие сердца их затрепетали от восторга в то время, как песня за песней слетала с губ певицы.
Она пела о старинных рыцарях и о том, как они бились; пела об эльфах и феях, о величественных замках, где жили прекрасные дамы, о страшных чудовищах, о морях и лесах, о пчёлах и птицах. Потом она запела о том, что глубоко таится в каждой детской душе, и её маленькие слушатели с изумлением переглянулись, не понимая, как могла узнать Карма то, чего они никогда не говорили никому из взрослых.
Но дело в том, что Карма и сама была таким же ребёнком, как они, только немножко повыше их. В этом заключалась вся разница. Она чувствовала, как чувствуют дети, но знала, что явилась в мир, чтобы делать других счастливыми: только это одно и было известно ей, всё другое было скрыто от неё.
У неё и до сих пор осталось в памяти, как ангел принёс её в своих объятиях и положил около розового куста, где её нашли добрые люди, вырастившие её. Они были очень бедны и тяжёлой работой добывали себе насущный хлеб, но у них не хватило духу оставить бедняжку под розовым кустом и дать ей умереть от холода и голода, тем более, что, как они думали, ангел не без намерения положил её на их пути. Они очень удивились, узнав, что крошечная девочка умеет говорить. Она рассказала им, как ангел принёс её на землю и как он утешал её, говоря, что она послана в мир, чтобы сделать его прекраснее. Вот почему послал её сюда Бог.
Она должна была сделать мир прекраснее! Добрые муж и жена не понимали, что могло это значить. Они видели только, что сама она прекрасна. Но на свете много красивых детей, от которых мир не делается лучше, потому что сами они далеко не такие любящие и добрые, как бы следовало. Но они скоро заметили, что девочка так же добра, как и красива. Не только голос её звучал, как серебряная флейта, не только она была весела, как жаворонок, но и душа её была чиста, как капля росы, которую пронизывает солнце. Карма не могла сказать никому никакого неласкового слова и сама не слыхала их. Всё, что говорили ей, она принимала как сказанное из желания ей добра. То же доверчивое отношение привлекало к ней все сердца, и люди старались друг перед другом наделить её всем, что могло понадобиться ей, — цветами, плодами и деньгами. И всё это приносила она домой, своим названым родителям.
— Кто учит тебя всем твоим песням? — иногда спрашивали её люди.
— Ангел.
— Какой ангел?
— Тот, который принёс меня сюда. Он поёт мне, когда я сплю, и, просыпаясь, я вспоминаю его песни.
Люди с изумлением покачивали головами и уходили. Только дети не испытывали удивления. Они считали вполне естественным, что Карма поёт, как птицы, которых, наверное, тоже учит ангел. Разве сумели бы они так петь без его помощи? Карма уверяла детей, что всех их принесли на землю ангелы, от которых они могут выучиться многому в то время, как спят, если только будут повнимательнее.
У Кармы была арфа, которую дал ей старик, объяснивший, как играть на ней, и показавший ей всё, что знал сам, остальное она узнала от ангела. Её названые родители часто слышали, как она играет по ночам, а когда они входили утром, то с изумлением замечали, что она не только не смотрит усталой, но, напротив, кажется ещё веселее и оживлённее обыкновенного.
