Две совершенно не похожие женщины однажды сталкиваются при более, чем странных обстоятельствах. Одна из них, Лидия – взрослая замужняя домохозяйка, вторая, Настя – молодая и горячая невеста одного хорошего парня. Между ними ничего общего, кроме того, что каждой в жизни довелось повстречать эгоиста, готового разрушить чужую жизнь ради собственной прихоти. И для каждой из них эта встреча становится судьбоносной. Лидии приходится совершить поступок, на который она считала себя не способной, для того, чтобы защитить себя и близких, а Настя вынуждена бороться с собственными демонами, когда выясняется, что чужое эго может быть привлекательным и желанным.
Пролог
Яркая лучистая луна щедро заливала светом маленький дачный поселок, раскинувшийся в живописном изгибе реки. В этом холодном и ярком лунном свете поселок казался очень красивым и загадочным. Густые черные тени в контрасте с серебрящимися бликами скрывали все уныние и запустение, которое способен подарить ноябрь. Сейчас, когда тучи унесло суровым северным ветром, когда небо очистилось, и выплыла во всей красе луна, можно было бы даже представить себе, что на улице не так уж и плохо, не так холодно и промозгло, не так зябко и неуютно на сыром ветру… Но, все было именно так.
Этот ветер разогнал всех дачников, заставил покинуть свои престижные дорогие коттеджи, и перебраться в город, поближе к цивилизации, от которой здесь, в тихом и таком чудесном летом месте, было все-таки далековато. Ветер спелся с дождем, и выгнал, выгнал их всех – успешных, зажиточных, могущих позволить себе приобрести эти замечательные участки, обнесенные глухими заборами, скрытыми от людских глаз, расположенные в тихом и уединенном месте.
Поэтому и некому было любоваться этим волшебным, сказочным лунным светом. Некому было представлять себе, как великолепно тут станет зимой, когда всю эту слякоть прикроет чистый белый снежок… И тогда снова станут приезжать люди, и окрестности наполнятся движением и жизнью, в домах зажжется веселый уютный свет и жарко запылают камины. Не так, как сейчас…
Конечно, так размечтаться мог бы и сторож. Но он трезво рассудил, что в такую непогоду вряд ли кто сунется на дачу, да еще и в будние дни. Поэтому вот уже третий день самозабвенно бухал с кумом в соседней деревне, а вверенные ему под охрану дачи стояли тихие, темные и безлюдные. Почти…
Тем двоим, которых все-таки занесло в эти края в такую мрачную пору, было совсем не до любования луной. Хотя оба признали, что и окончание дождя, и этот яркий лунный свет более чем кстати.
Эти двое и не подозревали о существовании друг друга. Женщина, которая усердно ворочала лопатой, скидывая в сторону тяжеленные влажные комья земли, не один раз чутко прислушивалась к тому, что творится в округе, прежде чем начать свои странные ночные раскопки.
Девушка в доме, расположенном на соседнем участке, отделенном высоким, в полтора человеческих роста, кирпичным забором, тоже была уверена, что она вообще одна на целом свете. Она открыла дверь, вышла на крыльцо, вдохнула полной грудью сырой холодный воздух и на миг замерла. Зябко повела плечами – платье, в которое она была одета, хоть и шерстяное, но все-таки не защищало от холода, слишком уж было промозгло. Лунный свет высветил, как на ее лице выражение отчаяния сменяется мрачной решимостью. Она обернулась, посмотрела назад, нахмурив брови. Задумчиво покачала головой, но не кому-то, а словно бы самой себе. Там, в доме, обращаться к ней уже никто не мог… Потом она вдруг вскинула голову, внимательно прислушалась.
Показалось? Или нет? Она тихонько двинулась на звук, глубоко увязая в грязи тонкими каблучками кожаных сапожек. Подошла к забору и снова замерла, прислушиваясь чутко, как испуганный зайчонок. Звуки на время прекратились, и она уже почти решила, что ей показалось, но, на всякий случай, решила проверить. Огляделась, и обнаружила прислоненную к стене кирпичного сарая лестничку, стыдливо спрятанную подальше с глаз людских. Тихонько подошла, попробовала приподнять – она оказалась коротенькой, в пять ступенек, и от того легкой. Девушка снова неслышно подкралась к забору, прислонила лестничку и забралась на нее, торопливо озираясь по сторонам. Высоты лестнички едва хватило, чтобы высунуть голову за забор.
Но на последней ступеньке модельная обувь сыграла с ней злую шутку. Подошву, предназначенную для поездок в машине и прогулок до ближайшего ресторана, но никак не для лазанья по сомнительным деревяшкам, повело. Девушка непроизвольно вскрикнула и, ругнувшись словом, которое приличные девушки и знать-то не должны, судорожно вцепилась в ограду.
Женщина вздрогнула. Лопата выпала у нее из рук, и она испуганным сусликом застыла над ямой, вглядываясь в лицо, нависшее над забором в каких-то пяти метрах от нее. Она глубоко и несколько судорожно вздохнула, и спросила, стараясь, чтобы голос звучал как можно увереннее:
– Вы кто? Что вам тут нужно?
