– Боюсь, в ближайшее время ей это не удастся – в изоляторе духов не продают, – сказал Петр сердито. – Ева подследственная. Я ее адвокат. И глупо меня к ней ревновать.
Аня хотела возразить, но тут в прихожей появился отец, и она смолчала. Ей не хотелось вмешивать папу в свои проблемы, достаточно того, что их «разборки» мог услышать Марк.
Сергей с Петром быстро оделись и, поцеловав ее (папа смачно в лоб, муж едва коснувшись сухими губами щеки), вышли за дверь. Проводив их, Аня вернулась на кухню, где деликатный Марк находился все то время, что члены семьи решали свои проблемы.
– Вы еще не созрели для завтрака? – спросила она нарочито бодрым голосом. – А то блины стынут, есть их некому.
– Я уже украл парочку, – смущенно улыбнулся Марк. – Уж очень аппетитно они пахли, и я не сдержался – съел, хотя мучного не употребляю…
– Скажите уж, кошки их у вас выпросили, – усмехнулась Аня, заметив, что Юнона с Авосем облизываются, хотя она им ничего не давала.
Марк не стал спорить – подтвердил. Аня простила ему и мелкое вранье, и нежелание есть ее блины и предложила Суханскому вместо них обезжиренный йогурт с пшеничными хлебцами. Тот с радостью согласился на такой завтрак. Аня тоже решила перекусить, но так как ни на блины, ни на йогурт глаза ее не глядели, а хотелось чего-нибудь жиденького и горячего, она подогрела себе борща.
– Кстати, Марк Эрнестович, – обратилась к Суханскому Аня, усевшись со своим борщом напротив него, – у меня возникла одна идея относительно нашей Дуни.
– Изложите. Послушаю.
– А что, если нам в Интернете пошарить? Вдруг что-нибудь найдем?
– В Интернете, конечно, можно найти массу всего, но тут, я думаю, он нам не помощник…
– Да почему?
– Ну зададите вы в поисковой строке слово «Дуня», и что? Представляете, сколько система найдет совпадений?
– А если набрать все буквы и тире? В точности как в бабулином послании?
– Хорошо, давайте попробуем, – согласился он, но без энтузиазма.
Аня тут же, бросив ложку, вскочила.
– Вы куда? – удивился Марк.
– Компьютер в Петином кабинете, пойдемте туда…
– А суп доесть? – Он кивнул на ее почти полную тарелку.
– Потом, – отмахнулась Аня и выбежала из кухни.
Марк, запихнув в рот последний хлебец, поспешил следом. Дожевал он его только в кабинете, когда Аня уже разместилась перед компьютером. Суханский сел рядом и уставился на экран.
– Итак, – сказала Аня, зайдя в поисковую систему. – Набираем «Кон-Н Дуня», так?
Марк угукнул. Аня набрала и, увидев на экране строчку «совпадений не найдено», разочарованно вздохнула.
– Я так и думал, – проворчал Суханский. – Пойдемте доедать борщ. Он еще остыть не успел…
Аня упрямо тряхнула головой и набрала в поисковой строке слово «Дуня». Тут, как Марк и прогнозировал, система выдала такую кучу совпадений, что зарябило в глазах.
– Попробуйте еще «Кон», – посоветовал Суханский. – И Кон-Н… Чтоб уж все варианты рассмотреть…
Аня так и сделала. Сначала ввела «Кон», но когда система выдала огромный список совпадений, добавила тире и еще одну «Н». На экране появился результат поиска, и Аня радостно вскричала:
– Есть!
Суханский, не ожидавший такой удачи, удивленно хмыкнул и подвинулся ближе к монитору. Аня тоже впилась глазами в экран и вслух прочла:
– «Кон-Невский (Коневский по паспорту) Адриан Сомович – художник-портретист. Самоучка. Родился в 1919 году в Ленинграде, из которого практически никуда не выезжал. Пережил блокаду. Работал кочегаром, дворником, чернорабочим. Много писал, но по большей части для себя. Картины раздаривал друзьям и лишь иногда продавал их на Невском проспекте. При жизни был малоизвестен, но после смерти снискал популярность благодаря своим портретам приятелей-диссидентов, ставших впоследствии известными людьми. Кон-Невский ушел из жизни в 1983 году – трагически погиб при пожаре собственного дома. Оставил после себя пятьдесят работ, которые в основном находятся в частных коллекциях».
– Все? – спросил Марк, когда Аня замолчала.
– Тут все. Но есть еще несколько сайтов, где можно посмотреть… – Она защелкала мышкой. – Вот, например. «Палитра. ру». Тут написано, что Кон-Невский ныне считается одним из лучших портретистов Советского Союза. Но так как в Коммунистической партии он не состоял, перед властью не выслуживался и имел сомнительные знакомства, его всю жизнь зажимали: не принимали в Союз художников, не давали выставляться…
– А о его личной жизни что-нибудь есть?
– Сейчас посмотрим. – Она пробежала глазами по экрану. – Написано, что он был один раз женат и имел дочь, которая умерла в возрасте пяти лет. Девочка была инвалидом детства и всю свою недолгую жизнь провела в кровати. Кон очень любил дочку и сильно переживал, когда она скончалась от воспаления легких … – Тут Аня громко ахнула и возбужденно выпалила: – Дочку Коневского звали Дуней!
Суханский, не сдержав удивления, присвистнул, а Аня продолжала:
