Варвара не умерла, у нее просто возникли денежные проблемы. Она приезжает в Россию вместе со своей дочерью. Хотя очевидно, что Федор Иванович не является отцом ребенка, он дает им полное содержание, но отказывается жить вместе с ними. Это все, на что у него хватило сил.
Лиза, как истинная Маат, уходит в монастырь. Федору Ивановичу остается лишь вздохнуть: «Здравствуй, одинокая старость…»
Что же несет в себе этот странный союз Нефтида — Анубис? Получается, что Нефтида способна погубить Анубиса, подчиняя его своей воле. Что ж, для мужчины это серьезная кармическая проблема: как, не оскорбляя женщину, отстоять свое мужское достоинство?
Путь решения проблемы только один — выращивать внутри себя черты Гора, Осириса, Тота. Тонкая душа Анубиса должна суметь прижиться на земной почве. Он должен приучить материю жизни, он должен победить Нефтиду, заставить ее жить по своим правилам. Но и самому ему не мешало бы приобрести немного рациональности Нефтиды. Тогда он сможет и Нефтиде помочь справляться с ее кармическими проблемами. Мы уже знаем, что главная проблема Нефтиды — обрести свою духовную природу, не увязать лишь в радостях материального благополучия, постараться найти в жизни другую радость: творчество, любовь, жертвенность, служение искусству.
Знаменитый Петрарка, воспевший идеал женственности, свою недостижимую Лауру, тоже Анубис. Лаура, скорее всего, Нефтида. Поскольку, будь она Исида или Хатор, она повела бы себя по-другому. Лишь Маат могла бы оставаться так же спокойна и холодна, но Маат не умеет так искусно кокетничать, как кокетничала Лаура.
Анубис должен суметь разжечь в своей возлюбленной Нефтиде огонь духа. И раз такая задача стоит, значит, ее теоретически можно решить! Нефтида должна подвигнуть Анубиса к большой решительности, земной настойчивости и упорству! И если судьба свела их вместе, они должны сделать друг для друга и для себя максимум возможного и постараться преодолеть кармические проблемы. И только когда они поймут, что все способы исчерпаны и дальнейшее пребывание вместе ведет лишь к разрушению личностей того и другого, тогда они должны расстаться. Что само по себе тоже серьезный шаг в жизни обоих архетипов, поскольку и для Анубиса, и для Нефтиды перемены в жизни страшны. Нефтида боится остаться одна: пусть будет рядом «плохонький», но мужик. Для Анубиса проявлять инициативу и принимать ответственные решения все равно что ложиться под топор, а уж тем более затевать с кем-то «разборку». Ему гораздо легче сказать: «Делай, как хочешь, я со всем согласен, только оставь меня в покое». Но основная мужская задача — действовать, созидать, и мы знаем, что Анубис должен ее решить, так же как и все мужские архетипы.
Таким образом, Нефтида создает Анубису идеальные обстоятельства для преодоления его кармических проблем. И чем более невыносимыми будут для него условия, созданные ею, тем лучше для его духа, который должен взбунтоваться против ограничивающих его рамок и тем самым обрести истинную силу духа бога Анубиса.
Если Анубиса Нефтида может и должна подвигнуть к упорству и настойчивости в отстаивании своих интересов, для Тота это не проблема, упорства ему не занимать. Тот кажется Нефтиде «тюфяком». Как и Анубис, он весь себе, так же оторван от земной рациональности. Но она видит, что он умеет работать, способен достичь материального богатства, держится независимо — есть из чего извлечь пользу. Нефтида берет «быка за рога». Неискушенный в сексуальных и любовных играх, Тот поддается ее женским прелестям и нехитрым уловкам. И вот они вместе. Но тут и начинаются неожиданности.
У А. П.Чехова есть рассказ «Учитель словесности». В нем учитель словесности Никитин (Тот) в двадцать шесть лет женился по страстной любви на невинной восемнадцатилетней красавице Мане Шелестовой.
Став женой учителя, что по тем временам было почти престижно, Маня тем самым решила укрепить и свое материальное положение. Она завела трех коров и, «делая на них деньги», не позволяла мужу испить и стакан молока. Нефтида широко развернулась. Но через год любовь Никитина исчезла как дым. А мужчину архетипа Тота не мучает в таких случаях ни чувство вины, ни чувство ответственности. Он смотрит на вещи трезво. Рассказ заканчивается тем, что Никитин записывает в дневнике: «Где я, Боже мой?! Меня окружает пошлость и тараканы, глупые женщины… нет ничего страшнее, оскорбительнее, тоскливее пошлости. Бежать отсюда, бежать сегодня же, иначе я сойду с ума!» И мы понимаем, что убежит, невзирая ни на что. Тот не потерпит, чтобы кто-то сломил его волю.
