В то время, когда люди, покинув защитные сферы осматривались в своих новых жилищах, в старом доме Митяя собрались на просторной террасе, увитой виноградом, его друзья и всё семейство Мельниковых. Это было не торжественное, а самое обычное застолье. Как бывало и раньше, в гости к хозяевам пожаловали их ближайшие соседи, а вместе с ними древние демиурги во главе с Дионисом и Эланией. Хотя не только на Земле но и вокруг неё произошли гигантские перемены и была создана совершенно новая, отличная от всего, модель малого, домашнего Мироздания, никому и в голову не пришло как-то отпраздновать это событие. Поэтому торжественным обедом или пиром это застолье назвать было нельзя.
Точно таких застолий этот дом знал великое множество. Митяй и Таня любили принимать в своём доме гостей и за завтраком, и во время обеда, да и ужинать они тоже редко садились одни. Так что накрывать на стол для нескольких десятков людей в этом доме было делом вполне обычным. Впрочем, сказать, что это был тот же самый дом, который когда-то стоял в самом центре Дмитрограда на Земле Второй, также было нельзя. Тот дом так ведь и остался стоять на своём месте и в его саду по-прежнему возвышалась Башня Знаний, сооруженная когда-то учениками Прогрессора каменного века.
В Сфере Валеирдена также никто не стал посягать на дом Митяя, хотя он стал больше, как не стали там сносить увеличившуюся в несколько раз Башню Знаний. Зато вилла-общежитие, стоявшая ещё совсем недавно в Лагонаках, исчезла точно так же, как исчезли все озёрные фермы. Этому чудесному уголку Северного Кавказа был возвращён его первозданный природный облик, а потому и большая часть живности также была перенесена оттуда в другие районы Земли. Виллу сама хозяйка переставила из Лагонаков в Апшеронск на то самое место, где когда-то стояла домна её мужа. Город тоже преобразился полностью и его стало просто не узнать. Апшеронцы, убрав все промышленные объекты и многоэтажки, расселились на большом пространстве вокруг снова ставшего полноводным и глубоким, как в глубокой древности, Триречья.
Хозяйка между тем вовсе не считала этот вариант окончательным и пока шло застолье, немного поработала. Прогрессор каменного века не стал возражать, когда Таня, окинув взглядом их новую виллу на берегу Пшехи, недовольно покрутила головой и как только они встали из-за стола и направились в сад, чтобы поговорить в тени деревьев, принялась воплощать свой план в жизнь и первым делом полностью изменила облик Триречья. Для начала она попросила всех соседей перебраться в какое-нибудь другое место и ей никто не стал перечить. Жители Апшеронска ведь уже были все поголовно если не демиургами, то полноценными, продвинутыми ведлами. Узнав, что хочет сделать жена Митяя, они с радостью стали ей помогать.
Впрочем, их помощь только в том и заключалась, что они, быстро осмотрев окрестности, перенесли свои виллы с своими мастерскими в другие, ничуть не менее живописные места. Сделала это и Таня. Гости дома Мельниковых остались, где стояли, а вот сам он перенёсся на противоположный берег Пшехи и был поставлен вместе с большим садом на вершине горушки напротив латифундии. Рядом с ним в прежнем порядке выстроились виллы их ближайших друзей. Всем сразу стало интересно, что задумала спутница жизни отца народа Говорящих камней, а её план может быть и не был по своей сути грандиозным, но всё же наглядно показывал людям, как её мужу пришлось когда-то поработать.
То, на что у Митяя когда-то ушло так много времени, буквально выросло само из-под земли в считанные минуты и их гости увидели большой трёхэтажный дом на холме, а вокруг него местами кривоватую, но тем не менее капитальную, высокую стену, стоящую на прочном фундаменте из булыжника. Неподалёку находилась ферма, а за ней примитивное сооружение для сбора нефти и длинное, низкое нефтехранилище. Выросла домна со всеми прилагающимися к ней каменными сараюшками, примитивная лесопилка и две страшноватые на вид, но прочные деревянные нории.
Самым диким сооружением показалась гостям Мельниковых Великая китайская стена, сооруженная из брёвен, но более всего они всё же подивились размерами огорода Прогрессора. Дед Максим даже присвистнул и удивлённо спросил:
— Митька, неужто ты и в самом деле такой огородище сам вскопал? Опупеть можно. Это же сколько тебе хим гнуть пришлось?
Митяй заулыбался и ответил:
— Дедуль, так у меня же твой Ижик с собой был.
Таня кивнула и перед её мужем тотчас появились его верный, неубиваемый мотоцикл, а рядом с ним встала Шишига. Денис недовольным голосом поинтересовался:
— Из Дмитрограда утащила?
— Нет, Динечка, воссоздала заново, — ответила она, — ребята, пусть здесь всё будет точно таким, каким было тогда, когда я привела Митюшу к олродам нашего племени.
Игнат в притворном испуге отшатнулся и воскликнул:
— Танюша, только не надо нас превращать в тех обормотов, какими мы были в те времена. Мне об этом даже страшно вспоминать.
