Все быстрее крутится карусель судьбы, затягивая в свой водоворот. Сумасшедшая любовь и не менее сумасшедшая ненависть. Настоящая дружба против подлости и зависти. Преданность против предательства, а чувства против обстоятельств. Чья же возьмет? Кто выстоит, а кто падет? Ты в будущее купил билет? Успевай – объявлены игры на вылет!
========== Глава 1. ======
СГУ.
- Мразь! Ты что творишь?! – Рамзан Бероев не церемонился, не смотря на то, что кругом было полно народу. Он с легкостью отвесил сынку хороший пинок и, схватив парня за шиворот, уволок подальше.
Игнат не упирался, но проходя мимо последнего ряда, он толкнул плечом одного из зрителей, перебросив незнакомцу испачканный кровью Жданова кинжал. Этим незнакомцем был не кто иной, как Ренат. Телохранитель, не поднимая головы, спрятал оружие в рюкзак и незаметно выскользнул из помещения. Спасало ситуацию то, что никто не обратил на это внимания, так как гораздо интереснее было наблюдать за Лапиным, который метался по сцене и не знал, что делать. Вся работа насмарку. Награждение тоже… Его карьера завалена вместе с премьерой. Как после этого оправдываться перед начальством? Да и вообще: есть ли оправдание для всего, что произошло, возможно, по его вине?! Какой дурак затевает столь масштабное мероприятие, привлекая столь непрофессиональных исполнителей?
Вокруг Жданова собралось много народу. Правда, кроме Глеба и Киры никому не было дела до того, что он вообще-то ранен… Наконец сам ректор университета из числа жюри объявил о том, что произошла техническая неполадка, дабы не начинать панику, он велел ди-джею разогревать публику, пока они подсчитывают баллы и награждают победителей. Дело чисто формальное. Кому это надо? Теперь явно никому. Мужик сразу понял, что дело серьёзное. Он прекрасно рассмотрел нож в руках одного из участников, судя по всему, сына мэра. Это что, шутка такая? Или у него глюки? Зная Лапина, ректор рискнул предположить, что профессор слегка не рассчитал. Может и к лучшему его сокращение? На самом деле полный провал свидетельствовал о том, что их университет теперь долго не сможет восстановить репутацию. Кому спасибо?
Горе-актеры удалились вместе с Лапиным в раздевалку. И вот тогда началось: профессор схватил Жданова за грудки и тряс беднягу, словно банку с газировкой. Долго тряс и орал, спрашивая не то его, не то себя: «Какого черта происходит?!» Вам известно, что будет с этой самой банкой, если после встряски её открыть? Однако в этом случае, все оказалось с точностью да наоборот: Даня окончательно скуксился. Он едва не терял сознание – кровотечение усилилось. Срочно были вызваны медики. Порез не был особенно глубоким, но сказался стресс, пережитый парнем на сцене.
- Хоть кто-то может мне объяснить, наконец, что вы тут устроили?! – Лапин просто задыхался от негодования. – Хабаров?
Глеб испуганно посмотрел на профессора и молча помотал головой – он не знал, что говорить. Каждое неосторожное слово могло стоить учебы.
- Крылова? – Зора поджала губы и отвернулась.
- Камолова?
Реакция была одинакова: все молчали и таращили округлившиеся до размеров пятаков глаза. Да и чего он, собственно, хотел? Даже если кто-то что-то знал, то ни за что не стал бы выдавать товарищей. Лапин подумал о том, что невозможно быть настолько тупыми, чтобы не понять – это уже не игры. Это уже криминал. А там, где есть криминал не может быть друзей-приятелей, есть соучастники!
Прошло чуть больше получаса. Жюри огласило победителей. Пока Лапин краснел перед публикой, Глеб и остальные столпились около Дани, которого хотели увезти в больницу, но блондин категорически отказался.
- Больно? – Камолова с дрожью в голосе поинтересовалась о состоянии парня. – Даня, ты как? Очень больно?
- Пустяк, – бравировал Жданов, подмигивая другу. – Кто пошел за грамотой?
- Макарон пошел, – Глеб уже снял с себя парик и платье.
Помолчали. В этой гробовой тишине дверь распахнулась, и на пороге возник Бобровский. Он был бел. Глаза его лихорадочно бегали с пола на потолок и обратно, руки тряслись.
- Ну, какое место? – все затаили дыхание. Почему-то студентам казалось, что провальная последняя сцена не должна была повлиять на решение судей.
– Первое, – Макар швырнул грамоту в блондина. Тот еле успел поймать её и все ещё продолжал улыбаться. Нет, Даниил делал это не ради веселья, а ради того, чтобы другие не поняли, насколько все херово. Он знал, что первого места им не видать, как своих ушей!
- А чего мрачный тогда? – Глеб выхватил листок и замер.
- Первое место? – недоверчиво хмыкнула Зора. – С начала?
- С конца! – Хабаров со злостью смял грамоту «За участие» и бросил обратно в рыжего, задев его по лицу. – Я что, зря столько времени трансвестита изображал?! Пиздец просто! Всё из-за этой бумажки?!
- Урод! – Бобровский покраснел, отшвыривая награду, которая в принципе отражала всё то, к чему стремились актеры. Может, не все, но большинство. – Опять крайнего из меня сделали?!
- Кому ты нужен!
- А этот кому нужен?! – Макар указал на лежащего на столе перебинтованного Жданова. – Это же из-за него всё! Вы ещё не поняли?!
- А ты ещё не понял, что его убить хотели?! – Камолова завизжала не на хороший голос, вставая на защиту блондина.
- Зря не убили! – в сердцах выкрикнул Макар, за что тут же получил по печени от Кекса.
