– Эй, я прошу тебя извиниться перед моим братом! Оскорблять и унижать его могу только я! И что такого, что он забыл гитару? Никто от этого не застрахован! Ты вот тоже свой голос где-то потеряла на дороге, я же тебя не оскорбляю!
От таких слов в горле Ришты все пересохло. Она тяжело задышала, собираясь с силами.
– Ах, ты… да как ты… сучка! Янсен, чего молчишь, паразит?! Твою девушку тут между прочем унижают!
– Заткнись все ради бога! – подал громкий грозный голос Марк.
И в салоне мгновенно воцарилась гробовая тишина.
– Спасибо, Марк, – отблагодарил его Малюс.
– Ничего катастрофического не случилось, – объяснила Ада, – это обычная ситуация. Такое бывает. Кто-то что-то всегда забудет во время выезда. Давайте проявим уважение друг к другу. Мы не из ПТУ с вами, а из Медицинской Академии. Не ругайтесь, а позаботьтесь о своем здравомыслии.
Ее слова подействовали на всех обидчиков Генри. Больше никто не думал его оскорбить на почве его забывчивости и беззаботности. Даже Жули смирилась с возникнувшей ситуации и прижала брата к себе, словно маленького ребенка.
Но Илья и Лиса… эти двое совершенно не обратили внимание на ругань в автобусе. Их беспокоил сам факт, что они… возвращаются назад, о чем их строго предупредили.
«Что бы ни случилось, не возвращайтесь сюда» – аукалось в голове у Ильи.
Ему стало не по себе.
Какая-то здравая часть его сознания говорила о том, что ничего плохого не случится. Они приедут. Илона Марковна передаст Малюсу гитару. Затем Гарик забросит гитару в багажник. Водитель и Малюс вернутся в салон. Автобус снова тронется в путь. Да, им придется в третий раз пережить жуткую тряску. Но и она закончится через тридцать минут. Затем они выедут на трассу и отправятся домой. Все уснут и забудут об этой ситуации.
В самом деле – с кем ни бывает!
Но другая часть Ильи отчаянно кричала: «Не делайте этого! Не возвращайтесь! Не надо! Если вы вернетесь, то…»
И он не знал, что будет.
Его предупредили, что не стоит этого делать.
Было предельно ясно, что их возвращение в детскую психиатрическую клинику ничем хорошим не обернется.
Эти дети что-то знали.
Это место обладало той таинственной и пугающей мистической энергией, которую Илья чувствовал каждой клеточкой своего тела.
Все в нем протестовало против возвращения в то место.
Но самое страшное другое: он не может изменить то, что происходит уже сейчас. Автобус уже развернулся. Илона Марковна сама позвонила и сообщила о забытой гитаре (в тот самый миг, когда сами Жули и Генри вспомнили об этом).
Слишком много совпадений.
Илья начал сомневаться, что все происходящее с ними – череда случайностей.
Это чей-то план.
Коварный замысел.
Судьба.
Судьба, от которой ему не спрятаться и не убежать. Это нечто неотвратимое и неизбежное.
То, что его ждет в будущем, что готовит для него жизнь, скоро случится.
Илья ехал со страшным чувством внутри.
Он будто готовился… к смерти.
* * *
– Мы вернулись, – объявил Гарик.
Желтый свет фар осветил металлический забор, ограждающий территорию детской психиатрической клиники. Вдали уже виднелись очертания кирпичного красного здания – главного корпуса.
Все выглянули в окно.
Страх поселился внутри каждого из них.
И Илья понял, что скоро для них всех наступит конец, когда микроавтобус переехал через железные ворота, лежащие на сырой земле.
Время: 19:05
Водитель замедлил ход. Микроавтобус крался к асфальтированной парковке у главного корпуса больницы. Детская площадка пустовала. Краска выцвела и многие металлические сооружения заржавели. Спортивная лестница сломалась и лежала в сырой траве.
Вокруг кирпичного здания росла высокая жухлая трава. Между черно-красными кирпичами струились сухие ветки вьющегося растения. Большинство окон выбиты. На асфальте, у ступенек, лежат осколки.
Жизнь покинула это место.
Вокруг не оказалось ни одной живой души.
Стены остальных сооружений на территории клиники отчасти разбиты, отчасти покрыты трещинами, отчасти заросли высокой травой и сухой лозой.
Крест на вершине маленькой церкви-часовни сломался. Вся территория заросла. И только зловещее мрачное поле кукурузы оставалось прежним. Казалось, оно стало больше. Плоды кукурузы качались на верхушках на ветру.
Все исчезло.
Этот мир изменился навсегда.
– Где это мы? – прозвучал вопрос Ады.
И это был самый правильный вопрос.
Водитель остановил транспорт и заглушил мотор. Марк открыл дверь первым и вышел на улицу.
– Холодно так… – произнес он.
В полной тишине все пассажиры автобуса вместе с водителем друг за другом покинули салон и оказались на улице у разбитых металлических ворот главного корпуса.
Лети крепко сжимала Кассия за руку. Атан и Дис тупо смотрели по сторонам. Поля прижала ладонь ко рту, чтобы не закричать. Жули и Генри не отходили друг от друга.
Все они осматривали то, что их окружало. Вся территория психиатрической клиники предстала перед ними в разрушенном состоянии, будто была заброшена давно.
Будто они попали сюда после Конца Света.
– Не нравится мне это… совсем не нравится, – шептал Янсен.
