– Если полиция не нашла их во время обыска после убийства, то только Эмилия могла…
Женщины молча посмотрели друг на друга. Виктория поерзала на сиденье, чтобы уменьшить неприятные ощущения в отсутствующей ноге. Ей захотелось убежать.
– В первые годы жизни в Америке я мучилась из-за этого. Сандра и Мауро были соучастниками преступления, жуткими людьми. Она – жестокая эксгибиционистка, он – вуайерист и педофил. Я подумывала заявить на них в полицию, но какие доказательства?.. Теперь-то я понимаю, что такое обвинение погубило бы их репутацию, даже если бы ничего не было доказано. Я бы защитила учеников, тебя, твоего брата. Но я струсила. Мне было страшно, стыдно и больно. В голове у меня засела мысль, что без пленок полиция мне не поверит, – ведь даже родная тетя не поверила. А я и так натерпелась предостаточно. Потом встретила будущего мужа, Фреда, и мы поженились. – София улыбнулась, но ее лицо быстро помрачнело, а глаза стали печальными. – Когда я узнала о той трагедии, то была просто опустошена. Эрик не заслуживал смерти. Он ни в чем не был виноват, как и ты.
– Не верю, – повторила Виктория, хотя ее голос свидетельствовал об обратном. – Мои родители были не такими.
Не в силах больше этого выносить, она открыла дверцу машины и вышла, боясь, что шаткие ноги не выдержат веса ее тела, но, как ни странно, почувствовала бодрость и силы. Очки сразу запотели.
– Есть еще кое-что, – добавила София, прежде чем девушка успела хлопнуть дверцей. – В тот день, когда я застала их вдвоем в гараже за издевательствами над мальчиком, то увидела… – Она глубоко вздохнула. – Увидела, как ты, двухлетняя, сидела с широко раскрытыми глазами рядом со своим братом и наблюдала за этим… Это чудовище, Мауро, не только фотографировал, но и заставлял вас смотреть на эти кошмары, которые они творили в гараже. Ты – тоже одна из их жертв, Виктория.
Виктория ворвалась в квартиру, даже не закрыв дверь. Все ее тело горело, будто ошпаренное кипятком. Тетя Эмилия сидела в кресле у маленького столика, на котором стоял домашний телефон. Доктор Макс поднялся с места и быстро что-то набрал на своем мобильнике.
– Милая, – испуганно произнесла тетя, – мы тебя повсюду искали! Где ты была? Что случилось?
Виктория не ответила. Она чувствовала себя задетой и преданной, но позволила психиатру обнять себя и подвести к дивану. Он осторожно усадил ее, хотя ей не хотелось.
– Я нашла Софию, – сообщила Виктория. – Рапунцель – это моя мать, да?
Тетя Эмилия сложила руки на коленях и бесстрастно подняла голову.
– О чем ты?
Доктор Макс вытер пот со лба девушки салфеткой.
– У тебя жар, – произнес он.
– Хочу услышать правду, – настаивала Виктория, стараясь оставаться спокойной, хотя это было невозможно в данной ситуации. Она взглянула на доктора. Макс приобнял ее одной рукой, он выглядел встревоженным. Виктории хотелось, чтобы он ушел.
– Я же просила тебя не искать Софию! – воскликнула Эмилия.
– Мои родители… они вместе растлевали учеников.
– Какая чушь!
Обычно Виктория могла определить, когда тетя лжет. Но теперь ее лицо стало непроницаемым, словно пустой холст. Виктория зашла в тупик: если двоюродная бабушка не признается, то придется выбирать, кому верить.
– София – мерзкая лгунья, – отчеканила тетя Эмилия и посмотрела на доктора Макса в надежде на поддержку. Тот осторожно отодвинулся от Виктории.
– Пойду принесу воды. – Он направился к холодильнику.
Виктория сосредоточилась на тете.
– София рассказала, что они делали в гараже. Снимали, как Сандра занимается сексом с детьми. – Она задыхалась. – Почему полиция ничего не нашла?
– Твой отец был хорошим человеком! Любил твою мать, тебя и твоего брата! Как ты можешь сомневаться в этом?
Было трудно смириться с такой бесстыдной ложью двоюродной бабушки о столь важных вещах. Виктории были нужны доказательства. Доказательства, что все это сплошная ложь. В глубине души она надеялась – врала именно София.
– Никаких фотографий никогда не существовало, – резко заявила Эмилия.
– Хватит врать, стерва.
Чей-то низкий голос застал Викторию врасплох. Она повернула голову, чтобы увидеть его источник, и на секунду подумала, что ей почудилось. Поза доктора резко переменилась: он стоял совершенно прямо, вытянув руки по швам. Лицо было напряжено, а изо рта доносился неприятный звук, похожий на непрерывный скрежет зубов.
– Что вы сказали? – растерялась тетя Эмилия.
Макс молча приблизился к ней и отвесил пощечину. Услышав этот резкий звук, Виктория испытала странное желание съежиться и исчезнуть. Она открыла рот, чтобы запротестовать, но заметила в другой руке психиатра нож.
– Скажи ей правду! – крикнул он. Прежде чем Эмилия успела отреагировать, доктор схватил ее за голову и приставил нож к горлу. – Скажи!
Виктория попыталась встать с дивана, но вместо этого соскользнула на пол, не в силах удержаться на ногах.
– София здесь ни при чем… Это все Сандра, – прохрипел доктор Макс. Все его хладнокровие улетучилось, сменившись холодной яростью. – Ты знаешь правду!
