Когда я пришла в себя, ни отца, ни врача уже не было. Тишина, нарушаемая равномерным писком приборов. Я снова уставилась в потолок, изо всех сил стараясь не закрыть глаза. Сглотнула, облизала пересохшие губы. Очень хотелось пить.
– Очнулась, спящая красавица? Ну ты даёшь! – воскликнул легко узнаваемый мужской голос. Раньше, чем я увидела, уже знала – передо мной стоит Стив. Как отец, такой же бледный, растрёпанный и растерянный. – О чём ты вообще думала?! – брат упёрся руками в железный поручень кровати и навис надо мной. – Решила покончить с собой? Мы чуть с ума не сошли! Майк вообще… Мама запретила ему приходить. Он сейчас с Логаном в полиции.
– Что… – Говорить было не просто. Я словно заново училась связывать буквы в слова. – Что случилось?
– Ты что?.. Ничего не помнишь? – Стив нахмурился.
– Нет, – я пошевелилась и тут же пожалела об этом. По телу прокатилась волна боли, будто до этого меня положили под пресс и переломали все кости.
– Серьёзно? – цинично хмыкнул брат.
– Серьёзно, Стив. – Голова раскалывалась так, что на раздражение не оставалось сил.
– Ладно, – он задумчиво покусал нижнюю губу. Заговорил медленно, будто подбирал слова, и такая задача давалась ему не просто. – Ты поругалась с Майком на вечеринке Мишель. Потом вы сидели у него в автомобиле, на… – брат запнулся, а потом тихо, вкрадчиво произнёс, уставившись на собственные пальцы: – На обочине. У моста… Ты разозлилась и выскочила… На дорогу…
– И меня сбило машиной? – Это бы объяснило сильную боль, как будто меня переехал грузовик.
– Да… тебя задело, – Стив кивнул. Отцепился от кровати и сунул руки в карманы чёрной, потёртой кожаной куртки. – Отец Логана успел затормозить, но… шёл дождь, их бээмвуху занесло, и…
– И… – Внутри похолодело от промелькнувшей догадки. Нет, только не это. Только не они! Не по моей вине! Нет, боже, нет…
Брат молчал, избегая смотреть мне в лицо.
– И, Стив?! Джеки и Роберт в порядке?! – Голос сорвался на крик. Я судорожно, со свистом втянула в лёгкие воздух, уже зная, что услышу в ответ. В панике, не разделяя, какие чувства преобладают: боль, ужас, страх или вина, повторила: – Стив, скажи, что они в порядке…
– Они погибли, – поднимая на меня хмурый взгляд, глухо пробормотал брат. – Слетели с моста вниз. Прямо на скалы, – он едва заметно пожал плечами. – У них не было никаких шансов, Стэйс…
Даже сейчас, спустя семнадцать лет, вспоминать ту ночь нелегко. Неудивительно, что последние шесть я старательно пыталась всё забыть. Только напрасно.
Сегодня память услужливо выдаёт даже то, что, казалось, уже давно пережито и похоронено.
