— Ты прости. Я должен был догадаться, что он врёт. Но я сошёл с ума от ревности и… Логан ведь даже не говорил, что вы переспали. Только признал, что рассказывал Лиаму про тебя, но мне хватило! Я уже представлял в подробностях, как это… как вы… как всё могло быть. И мир перевернулся. Я увидел совершенно в ином свете ваши отношения чуть ли не с самого детства. Спрашивал себя, почему не замечал раньше… Всё… вообще всё приобрело вдруг совсем другое значение. Постоянное внимание Логана к тебе, его забота, подарки… Что он никогда ни с одной девушкой не встречался долго, что всегда обожал тебя, и даже съехав от вас, старался проводить с тобой как можно больше времени. Особенно после того, как мы объявили о нашей помолвке. Только причины его внимания резко изменились. И я понял, что ужасно боюсь.
— Чего боишься?
— Что на самом деле нас… Тебя и меня… Таких, какими я помнил, никогда и не существовало. Что всё это обман, что Логан всегда был для тебя важнее, а теперь окончательно занял моё место.
Я невольно улыбаюсь. Ревность Майка льстит, хотя мне по-прежнему горько от всего, что случилось по моей вине.
— На следующий день Логан со Скоттом и твоими сёстрами улетел к тебе в Коллингвуд. А я банально напился. Один, в баре матери… Плохо помню, что делал, но отчётливо — о чём тогда думал. Убеждал себя, что раз прошло три года, а вы не вместе, мне нечего бояться, но продолжал представлять… как вы… — он ухмыляется. — Всё пытался разобраться, почему же меня это так задело. Ведь это не измена. Мы с тобой давно расстались. У нас есть… будут другие. Но не Логан. К такому я не был готов. Потом в бар зашла Мишель, увидела меня. Мы разговорились… И я, как последний болван, решил, что если… я с ней… мы с тобой будем квиты.
— Квиты?!
Чёрт! Это же… Я сама думала так сегодня, когда Майк объяснил, почему он переспал с Мишель… Что мы квиты, что не имею права ревновать, потому что первой переступила черту. Поэтому сейчас злюсь… Ведь на самом деле с Логаном ничего не было… И это… подло…
— Что подло? — хмурится Майк.
Выходит, последние слова я произнесла вслух.
— Ты жалеешь, что вы с ним не…
— Нет, Майк! Конечно нет… Я не жалею.
— Тогда что?
— Я веду себя подло. Всё спрашиваю себя, почему же у тебя, чёрт побери, получилось переспать с Мишель, а у меня с Логаном — нет! Вдруг на самом деле ты хотел этого с той самой вечеринки…
— И ждал столько лет? — улыбается Майк.
— Не смешно, — теряюсь под его ироничным взглядом. Теперь осознаю, что даже недавняя пощёчина другу — уже подлость с моей стороны! Потому что не со злости, а от бессилия. — Понятия не имею, за что на самом деле врезала Логану. За то, что он толкнул тебя к Мишель тогда, или за то, что лишил меня спасительной иллюзии сегодня.
— У меня с Мишель не было и сотой части вашей с Логаном близости. Да вообще ничего не было… В детстве воспринимал её, как твою подругу. Потом — как девушку Стива.
— И в каком же качестве ты её отымел? — вырывается у меня.
Майк смеётся. Громко, искренне и весело, как будто я только что рассказала на редкость удачную и смешную шутку.
— В качестве тебя, дурёха! — давясь смехом, отвечает он. — Ты бесподобна, когда так ревнуешь… К твоему сведению, это был самый ужасный секс в моей жизни. Как будто брал крепость штурмом и вовсе не потому, что мне оказывали сопротивление.
— Я в курсе, как ты… вы… это делали, — встречаюсь с Майком взглядом. Из его глаз моментально пропадает веселье. — Мне даже не нужно напрягать фантазию, потому что я видела, как это… как вы… — Сильнее сжимаю его запястье. Шепчу, признаваясь в самом сокровенном: — Вы ведь не просто переспали… Вы… жили вместе… Ты женился, ты спал с ней каждую ночь… Это не Логан занял твоё место, а Мишель — моё. Я сама подтолкнула тебя к ней, и меня выворачивает от одной только мысли об этом. Я презираю себя, потому что… не имею права обвинять… тебя… и её тоже… Теперь — точно. Мишель убили, а я… жива. Она права… Я — дрянь и эгоистка! Потому что продолжаю ревновать и злиться. Сейчас даже сильнее, ведь теперь мы не квиты…
В отчаянии прикусываю нижнюю губу. Не хватало ещё расплакаться.
— Стэйс, пожалуйста, посмотри на меня, — просит Майк. Выждав, берёт за подбородок, вынуждая поднять голову. Пару секунд буравит проницательным взглядом. Затем с силой подхватывает за талию, приподнимая меня в воздухе и одновременно вытягивая ноги. Сажает обратно, ближе к себе прямо на бёдра, обнимает, притягивая к груди и крепко удерживая за спину. Тихо, но внятно, с нажимом произносит, глядя в мне глаза: — Я не собираюсь оправдываться, Стэйс. И от тебя не жду оправданий. Что было, то было. Здесь и сейчас мы оба переворачиваем страницу и начинаем с чистого листа. Прошлое не имеет значения. Не должно. Никто никогда не мог и не сможет занять твоё место. Оно — твоё. Навсегда. И ждёт только тебя, — он едва заметно улыбается. — Конечно, ты можешь притащить туда всех своих подружек: ревность, сожаление, злость, сомнение и ещё долго делить с ними территорию. Но я предлагаю прийти одной. Сможешь?
