Алистер очень внимательно следил за тем, как проходило его шоу. Он хотел, чтобы аудитория ушла такая же сытая и удовлетворенная, как и мы. Так что нашей задачей было вытащить всю грязь и доить из толпы каждую каплю спермы, которая у них есть.
Я глубоко вздохнула, когда рот Раффа застрял между моими бедрами. Прутья, закрывающие маленькую дырочку над его ртом, были теплыми от его дыхания и ощущались на удивление приятно. С того места, где я сидела, мне было прекрасно видно его круглую задницу с покачивающимся взад и вперед хвостом. Он ухватился за колени брата, чтобы не упасть, мышцы его спины напряглись, и он удобно устроился между моими бедрами.
Ожидание сгущало воздух. Близнецы затягивали процесс больше, чем обычно. Затем, когда я поймала взгляд Раффа на той стороне ринга, где Алистер наблюдал за нами, все встало на свои места.
Сегодняшний вечер для нас был особенным. Моё первое выступление в роли Адской летучей мыши. Я впервые доминирую над близнецами.
И это было их первое выступление, когда они знали, что их бог наблюдает.
Я потянула Раффа за рог, направляя его внимание обратно в свой центр.
— Смотри на меня, чертова игрушка. Пока ты в моей постели, между моих ног, я твой бог.
Мои слова, казалось, оказали на Раффа волшебное воздействие. Он врезался лицом в мою киску и сосал так, словно от этого зависела его жизнь. Сильное удовольствие пронзило меня, заставив мои бедра дрожать.
Глаза Раффа метнулись вверх и посмотрели на меня сквозь спутанные волосы.
— Мне чертовски нравится вкус моего брата на тебе, — прохрипел инкуб, его голос был настолько приглушен кожей и моей киской, что не было никакой надежды, что кто-нибудь за пределами кровати услышит его.
— О, Раздор, да.
Решетка его маски легко скользила по моей мокрой плоти. Прутья были достаточно близко друг к другу, чтобы не дать ему высунуть язык целиком. Он мог управлять только кончиком, но, черт возьми, это было приятно, когда он то засасывал мой клитор в узкое отверстие маски, то тыкал кончиком языка в мою набухшую плоть.
Моя голова откинулась назад, и в поле зрения появился Ларри. В моей голове зародилась дьявольская идея. Мне так понравилось ощущение маски между ног…
— О-охранник. Поставь моих новых питомцев на колени.
Ларри протопал вперед и потянулся к перекладине над нашими головами, расстегнул цепи и сжал их в руке. Он потянул за цепи и стащил их с кровати.
— Вы слышали свою королеву. На колени.
— Мы не склонимся перед какой-то королевой-шлюхой-полукровкой.
Я сползла с кровати и подошла к тому месту, где они стояли. Протянула руку с когтями, и Ларри вложил их цепи в мою ожидающую ладонь.
— Вы подчинитесь мне… На колени.
Мои глаза светились розовым, когда мое обаяние суккуба мерцало в тяжелой атмосфере ринга. На лицах Риффа и Раффа промелькнуло выражение чистого шока, когда они внезапно упали на колени. Моя рука зажала рот.
Они не делали этого. Я заставила их встать на колени своими силами. Что не имело смысла. Они не должны действовать на других секс демонов.
Шрам на бедре горел, и тепло распространялось по мне, как лихорадка.
Глазами я искала в темноте Алистера и нашла его, выглядевшего ничуть не удивлённым.
Как будто он знал, что мои способности стали сильнее из-за нашей брачной связи.
Это заставило задуматься: что еще дьявол скрывает от меня?
22
Мечта каждой девчонки извращенки.?
— Мы подумаем об этом позже, Мэг. — Рифф прошипел себе под нос. — Продолжай шоу.
Слегка кивнув, я вздохнула и вернулась в образ. Медленно обошла их, наматывая цепи им на шеи.
— Как только вы попробуете меня на вкус, вы подчинитесь.
Они так хорошо выглядели на коленях, глядя на меня с притворной ненавистью. Большинству девушек эти жуткие маски не показались бы такими чертовски сексуальными, как мне. Они были похожи на что-то из «Молчания ягнят». Что-то, что носили только опасные заключенные тюрем и бешеные животные. Плюс кожаные ремешки. Пряжки. Цепи. Мечта каждой девчонки извращенки.
Я встала между ними и повернулась так, чтобы оказаться лицом к Риффу, а спиной к Раффу. Подняла юбку, обнажив свою киску.
— А теперь будь хорошим питомцем и ешь. Я знаю, что ты, должно быть, умираешь с голоду.
Глаза Риффа вылезли из орбит. Его похоть пронзила воздух. Полоска ткани, прикрывающая его член, поднялась вместе с его утолщающейся эрекцией. Он прижал лицо в маске к моему центру и вдохнул. Маленькие волоски на моей шее встали дыбом, от его дыхания, которое проходилось по тонким завиткам моих лобковых волос.
Он опустил голову ниже, наклонив шею так, что его щеки оказались на одном уровне с внутренней частью моих бедер, а мундштук маски навис над моим клитором. Мои глаза закатились, когда он начал сосать, как и его близнец.
Я вытянула шею, бросив взгляд на Раффа. Мой хвост изогнулся, приподняв заднюю часть юбки, обнажая мою круглую задницу.
— Вас двое, две дырки.
Взгляд Раффа потемнел. Я видела злобное ликование в его глазах. Мы выступали вместе уже чуть больше месяца, и осталось немного вещей, которые мы не делали на сцене.
